Kinote.info

«Серебряный город. Петербургская фотография ХХ–ХХI вв.» в Москве

Thu, 02 Feb 2012 11:58:00 +0100

В московском Центре фотографии имени братьев Люмьер 1-26 февраля смотрите выставку «Серебряный город. Петербургская фотография ХХ–ХХI вв.».

Людмила Таболина, Прачечный мост, 1998

Это второй проект Центра фотографии имени братьев Люмьер из цикла выставок, рассказывающих об особом явлении в истории российской фотографии – «петербургской школе». Первой из этого цикла стала выставка Александра Китаева «Непостижимый Петербург», показанная в центре прошлой зимой.

Кураторы проекта - Ольга Корсунова («ФотоДепартамент») и Аркадий Ипполитов (Государственный Эрмитаж).

Леонид Богданов, Игра, 1975

Выставка «Серебряный город. Петербургская фотография ХХ–ХХI вв.» посвящена «петербургской школе» фотографии. Это определение, недавно вошедшее в искусствоведческий обиход, относится в первую очередь не к географии, а к типу сознания, которое подразумевает особое отношение к окружающему и объединяет разных мастеров нескольких поколений. В центре внимания фотографов оказывается город, не важно, снимают они пейзаж, портрет или натюрморт. Петербург, с точки зрения Европы довольно молод, ему всего триста с небольшим лет, поэтому петербургская про-классическая ориентация в какой-то мере парадоксальна и именно она придает всему, что рождается в этом городе, неповторимость. Петербургская фотография демонстрирует своеобразие Петербурга очень внятно. «Петербургские истории» - именно так называлась эта выставка, когда год назад проходила в Бордо (Франция). Каждая фотография в ней – это рассказ, воспоминание¸ эмоция, предчувствие этого города, который оставляет свой особенный отпечаток на художнике, творящем в Петербурге.

Игорь Лебедев. Гатчина. Парк. 2001

Для всех авторов, участвующих в проекте, характерна приверженность к старым, традиционным видам печати, хранящим прикосновение рук художника. На выставке можно увидеть все многообразие техник съемки и печати: от съемки мягкорисующими объективами и моноклем, процарапывания негативов, прямой бром-серебряной печати и соляризации до раскраски отпечатка масляными красками.

Всего на выставке представлено более 120 работ ведущих петербургских фотографов, а также молодых авторов. Выставка начинается с пятидесятых годов, с работ Бронислава Ясинского, фотографа, чье имя практически неизвестно даже знатокам фотографии. Он был одним из первых отечественных фотографов, работавшим в условиях жесточайшей цензуры, но сумевшим выйти за рамки чистого любительства и осмыслить фотографию как свободное и самодостаточное искусство.

Борис Смелов, Аполлон, 1978

На выставке также представлены фотографии Бориса Смелова, одного из важнейших фотографов не только Ленинграда-Петербурга, но и России в целом, и его круга – Леонида Богданова, Ольги Корсуновой, Александра Китаева, Стаса Чабуткина, Сергея Жиркевича и других. В фотографии Бориса Смелова петербургское своеобразие, подразумевающее особую стилистику и технику печати, было выражено настолько сильно, что стало возможным говорить о «петербургской школе» фотографии как об отдельном и самостоятельном явлении. Петербург объединяет работы таких авторов как Людмила Таболина, Наталия Цехомская и Владимир Антощенков, Александр Черногривов, Александр Никипорец, Евгений Мохорев и многих других.

Цена билета: 250 рублей, для студентов и учащихся 150 рублей, для пенсионеров 190 рублей в будние дни.

Адрес: Болотная набережная, дом 3, стр. 1

«Голая богема» Сергея Борисова

Wed, 01 Feb 2012 14:48:00 +0100

С 27 января по 25 февраля в московской галерее актуального искусства RuArts пройдет выставка одного из самых известных советских, российских фотографов - Сергея Борисова.

Проект «Голая богема» собирает вместе произведения, которые ярко показывают уникальное место Сергея Борисова на российской художественной сцене. На выставке можно будет увидеть как классические работы автора, так и совсем новые.

В современной России Сергей Борисов стал одним из наиболее узнаваемых авторов. Он участвует в десятках выставок: от «Манежа» до «Гаража», от парижского Palais de Tokio до Музея современного искусства в Перми. Его работы регулярно продаются на ведущих аукционах мира. Персональная выставка в Манеже в 2007 году представила Борисова как классика российской фотографии. При этом многое осталось «за кадром» большой официальной презентации его работ.

Четверть века назад Сергей Борисов прославился тем, что создал новый жанр – идеологическое ню. Он придумал свой, оригинальный вариант соц-арта в фотографии. Публикация его портфолио во французском журнале Photo в 1989 году показала миру, что в СССР существует неподцензурная съемка. Борисов нашел способ объединить ню, бытовые виды, портреты знаменитостей и фотографии произведений искусства. Он нашел уникального героя - богему.

Сергей Борисов открыл новую богему, персонажей перестройки – людей, которые своим поведением эпатировали загнивающее общество. Среди его героев – Сергей Бугаев (Африка), Иосиф Бакштейн, Владик Монро, Федор Павлов-Андреевич, Оксана Фандера, Эдуард Лимонов и Жанна Агузарова. Многие из них давно уже сменили свой статус, став создателями нового культурного истеблишмента. Сегодня Борисов продолжает фотографировать так же, как делал это четверть века тому назад, с легкостью и блеском.
Михаил Сидлин

Работы Борисова не нуждаются в комментариях. Их можно скорее продолжить в иных измерениях стихами, музыкой, живописью.
Виктор Ерофеев

Адрес: 1-й Зачатьевский переулок, д. 10

По материалам галереи RuArts

Выставка итальянского неореализма в Центре братьев Люмьер

Wed, 18 Jan 2012 10:20:00 +0100

Выставка «Фотография и неореализм в Италии, 1945-1965», посвященная уникальному культурному явлению послевоенной Италии, начинает свою работу в среду в центре фотографии им. братьев Люмьер в Москве.

Джанни Боргезан. Один из высоких.

Неореализм зародился в 40-х годах прошлого века в Италии как направление, призывающее к документальности, к натурным съемкам, к уходу от романтических сюжетов к реальным судьбам простых людей.

Парадоксально, но явление, известное всему миру как «итальянский неореализм», в самой Италии так и не стало «мэйнстримом». По подсчётам специалистов, из восьмисот с лишним итальянских картин, снятых в 1946-53-м годах, к этому течению можно отнести не более 90 лент. Как заметил Пётр Вайль, важнейшим стилистическим и идейным феноменом неореализм стал за рубежами Италии – и, прежде всего, в России: «итальянцы реабилитировали быт, и более того, сочетание быта с высотами искусства».

Творческие принципы неореализма были сформулированы сценаристом и киноведом Чезаре Дзаваттини (Cesare Zavattini) в работе «Некоторые мысли о кино», - в нелегкие для Италии послевоенные годы призывал не отвлекаться на романтические сюжеты и хэппи-энды, а обратить внимание на реальные судьбы простых людей, контрасты богатства и бедности. Этот совет дал старт итальянскому неореализму не только в кино, где его воплощали в своих фильмах Витторио де Сика, Роберто Росселини, Федерико Феллини и другие режиссеры, но и в фотографии.

Новое течение вскоре подхватили и фотографы. Пионером среди них считается Луиджи Кронченци (Luigi Crocenzi) — в 1946 году он опубликовал фоторассказы «Италия без времени» и «Взгляд на Милан», которые назвал неподвижными фильмами на печатной странице.

Винченцо Балокки. Неореализм

В общей сложности на выставке можно увидеть 127 работ. Основой экспозиции стали фоторассказы Кронченци, работы Фриульской группы новой фотографии, в которую входили наиболее значимые итальянские фотографы второй половины ХХ века, а также снимки Марио Джакомелли (Mario Giacomelli). Этот фотограф примечателен тем, что совершил небольшую революцию в итальянской фотографии того времени, создавая, подобно Феллини, сновидческие фотографические рассказы, не содержащие лишних деталей, что полностью изменило позицию неореализма. При этом многие авторы будут представлены в России впервые.

«Для нас как никогда важно это искреннее правдивое отражение отдельно взятого человека в фотографии, которое несет самую соль фотографического искусства», — сказала РИА Новости директор центра фотографии им. братьев Люмьер и со-куратор выставки Наталья Григорьева-Литвинская.

По ее мнению, посетители выставки, посмотрев фотографии, задумаются о том, как люди жили тогда, как живут сейчас и как будут жить завтра. «А если уж тем более речь идет о таком прекрасном периоде, как неореализм, я думаю, что все выйдут с хорошим, позитивным, светлым настроением, с радостью глядя в будущее», — заключила собеседница агентства.

Фульвио Ройтер. Открытие ярмарки в день святого покровителя (Св. Иоанна) в Меоло

Экспозицию подготовили Центр исследования и архивирования фотографии (CRAF) Италии, Итальянский Институт культуры в Москве при поддержке министерства культуры Российской Федерации. Проект уже выставлялся в Италии, во Франции и в США, в других городах России, а в Москве его можно увидеть до 26 февраля.

Анна Маньяни бежит по улицам Рима, по ним же в поисках похитителей велосипедов бродит герой фильма Витторио де Сика. Эта военная и послевоенная, черно-белая, несчастная и бедная Италия вдохновляла не только кинорежиссеров, но и фотографов.

«Такие картинки окружали меня в детстве, моя семья жила немного побогаче, но эти лица точно с соседней улицы», – вспоминает посол Италии в РФ Антонио Дзанарди Ланди.
Антонио Дзанарди Ланди родился в Удине, регион Фриули. Эти фотографии для него все равно, что из домашнего альбома. «Фриульская группа новой фотографии» образовалась как раз во времена его детства. Следуя примеру неореалистов в кино, они направляли свой объектив на уличные сценки, игры детей, религиозные шествия, быт рыбаков и крестьян.

«Мы все время были то под венецианцами, то под австрийцами, а в послевоенные годы стали ощущать себя – думать, кто мы и что нам делать, чтобы выйти из бедности?» – говорит Антонио Дзанарди Ланди. Адриано дель Аста, директор Итальянского института культуры в Москве – уроженец Северной Италии, ходил в школу в такой же форме, помнит такие машины, дороги и дорожные знаки. На первый взгляд – бедно, но он знает, потом был подъем. В послевоенные 50-е итальянские неореалисты нащупали выход из кризиса, считает Адриано дель Аста.

Джанни Беренго Гардин. Венеция

«В неореализме была интуиция, что в реальности есть не только факты, но тайна…новые возможности, надежды», – говорит он.
Луиджи Кроченца – имя застрельщика неореализма в итальянской фотографии. Придумал жанр фото-истории, фото-романа. Считал цель фотографа показать фильм на печатной странице. Иллюстрировал книги, снимал Сицилию. Итало Дзаньер свои фрески из множества фотографий называл фотообоями. Альдо Бельтраме, Фульвио Ройтер, Джани Беренго Гардин – они прославили итальянскую фотографию, не меньше, чем Микеланджело Антониони и Лукино Висконти прославили итальянское кино.

«Это обращение к простым людям, следующий период будет дольче вита, паппараци», – говорит сотрудник Центра фотографии братьев Люмьер Татьяна Гущина. Постепенно крупнозернистые фото бедного быта становятся все более поэтичными, и все сюжеты сводятся к одному – любовь. Марио Джакомелли со своим циклом «Мужчина, женщина, любовь» – в итальянской фотографии аналог Федерико Феллини в кино – поэзия побеждает реальность.

Цена билета: 250 рублей, для студентов и учащихся 150 рублей, для пенсионеров 190 рублей в будние дни.

Адрес: Болотная набережная, дом 3, стр. 1

По материалам РИА-Новости, «Новости культуры»

«Memory Art / Искусство памяти, 19 / 91» на ARTPLAY

Wed, 18 Jan 2012 09:38:00 +0100

В Малом зале Центра дизайна ARTPLAY с 19 января по 2 февраля пройдет выставка «Memory Art / Искусство памяти, 19 / 91».

Влад Юрашко Из серии «Искусство памяти». 2011 50 x 50. Холст, масло

Автор проекта и куратор: ВАЛЕРИЙ АНАШВИЛИ -- философ, главный редактор журналов «Логос» и «Пушкин», зав. Кафедрой проектов в сфере культуры ВШЭ.

Рубеж 19 / 91, пересеченный страной двадцать лет назад, не осмыслен и не познан. Погребенный под руинами повседневности, он остается вытесненным, хотя и напоминает о себе тысячей повседневных вещей.

Memory Art — это политика освобождения памяти от диктата визуальных идеологем двух последних десятилетий. Это искусство epokhe, воздержания от присвоения образа, лишь кажущегося знакомым и понятным.

Родившиеся в СССР готовили себя к будущему, которому было не суждено состояться. Рубеж 19 / 91 отсек советских людей от размеренного хода событий, наложив на это будущее запрет. Oбрубок времени дал побег в самую неожиданную сторону. Сейчас, из нашего незапланированного настоящего, из современной России, молодой страны без прошлого, мы оборачиваемся на 19 / 91 — год великого слэша, год разлома и выбора, точку деконструкции времен.

Вика Шумская Мераб Мамардашвили. Из серии «Memory Art / Искусство памяти, 19 /91». 2011 80 x 60. Холст, масло

Завидная доля — пребывать в настоящем. Но для этого нужны воспоминания: образ настоящего всегда сложен из опыта прошедшего и предвкушения будущего. Однако наша собственная память преграждает нам путь к реальности, отрезая прошлое баррикадами громоздящихся друг на друга образов и фантазмов.

Не существует восприятия без воспоминания. Но, как заметил Морис Хальбвакс, «воспроизвести в памяти означает скорее не вспомнить, а реконструировать».

Влад Юрашко Из серии «Очередь в будущее». 2011 25 x 30. Холст, масло

Живопись, представленная на выставке 19 / 91, работает с историческим фотоматериалом как с ископаемыми останками. Она предлагает отказаться от мнимой убедительности застигнутого врасплох факта и переписать, усовершенствовать целибатную машину фотографии. Искусство памяти — в том, чтобы осмыслять события как переживания, которые всегда истинны, поскольку даны нам здесь и теперь. Сознательно отстранившись от рутинной образности, выдающей себя за «историческую правду», живопись Вики Шумской и Влада Юрашко позволяет зрителю прожить ключевые моменты нашего общего прошлого и обрести тем самым настоящее.

Проект реализован при поддержке Фонда инвестиционных программ и лично Анастасии Викторовой, а также Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.

Часы работы выставки с 11.00 до 20.00.

Адрес: ул. Нижняя Сыромятническая, д. 10, Малый зал Центра дизайна ARTPLAY (строение 7)

Шедевры антифашистского искусства в московском метро

Sat, 07 Jan 2012 11:15:00 +0100

9 января в 8-30 в Московском метрополитене «Комитет 19 января» продолжит культурно-просветительскую кампанию в общественных пространствах.

За несколько недель до 19 января в прошлом году Комитет развернул в московском метро выставку произведений именитых современных художников о проблемах нео-нацизма, в которой приняли участие порядка 20 художников из разных стран мира, в том числе министр культуры Черных пантер Эмори Дуглас.

В этом году Комитет подготовит выставку исторического антифашистского искусства с начала 20 авторов, чьи произведения давно и прочно вошли в лучшие коллекции крупнейших музеев мира. Среди репродукций, которые москвичи и гости столицы смогут увидеть в самом посещаемом музее Москвы – в московском метро будут произведения Кете Кольвиц, Отто Дикса, Пабло Пикассо, Джона Хартфильда, Георга Гросса, Кукрыниксов, Бориса Ефимова и многих других авторов.

Выставка начнет действовать на станциях и вагонах метро не позднее, чем за неделю до антифашистского шествия 19 января и продлится до 22 января.

Заявление на проведение шествия по Бульварному кольцу будет подано в мэрию Москвы 10 января 2012 года.

В Москве открывается фотовыставка Кирилла Серебренникова

Thu, 15 Dec 2011 10:25:00 +0100

15 декабря 2011 в новом выставочном пространстве photohub_Manometr при поддержке компании Tupperware состоится открытие выставки Кирилла Серебренникова «Обозначение тела».

На выставке будут представлены фотографии, сделанные художником в разных странах мира. Вне зависимости от места съемки — Япония, Исландия или Тибет, автора интересует именно действие, разворачивающееся вокруг него: психология личности и ее взаимоотношение с пространством.

В этих снимках можно найти переклички с такими классиками мировой фотографии как Нан Голдин или Вольфган Тильманс — внимание к деталям и понимание того, что только через эти детали и, казалось бы, незначащие бытовые сцены можно выстроить собственное пространство.

В разных сериях своей экспозиции Кирилл Серебренников покажет, как взгляд художника способен преобразить окружающую действительность — в прямом и переносном смысле слова.

Выставка не случайно называется «Обозначение тела». В каждом из снимков присутствует человек, его энергетика, его жест, мысль, действие. Причем это относится и к тем снимкам, на которых никто не изображен: смятая постель, еще только кем-то оставленная, случайное граффити, чужие предметы, брошенная на стену дома тень. Это те детали, которые складываются в единую картину человеческого бытия.

«Я слишком люблю фотографию, — говорит Кирилл, — чтобы назваться фотографом. Я слишком боюсь определиться, чтобы делать это здесь. Но факт этой выставки, предложенной мне, заставит вас усомниться в искренности моего смущения. Тогда так. Я скорее человек, который хочет жадно владеть счастливым мигом и при этом понимает полную тщету этого намерения. У меня, как и у сотен миллионов, в руках есть камера и у меня, как у многих, она — способ запомнить себя таким и там, каким и где я больше никогда не окажусь».

Получивший известность своими емкими и актуальными спектаклями и фильмами, в новом проекте автор показывает закулисье этих историй, отстраненным взглядом смотрит на действие, происходящее вокруг, фактически представляя всех нас — персонажами грандиозного спектакля.

Кирилл Серебренников — российский режиссер театра и кино, лауреат Национальной премии в области телевидения «ТЭФИ», победитель конкурсных программ Открытого российского кинофестиваля «Кинотавр», римского международного кинофестиваля.

Режиссер фильмов «Ласточка», «Тайны грозы», «Ростов-папа», «Раздетые», «Дневник убийцы», «Постельные сцены», «Изображая жертву» (гран-при фестиваля «Кинотавр», гран-при Римского международного фестиваля «Festa del Cinema», 2006), «Юрьев день» («Кинотавр-2008» в номинации «Лучшая женская роль»).

Куратор выставки — Александр Шаталов, советский и российский поэт, критик и издатель, автор телевизионной программы «Графоман: «В своих фотографиях Кирилл Серебренников монологичен. Это не репортажные снимки, а череда картин, которая всякий раз выстраивается в некую историю. Обозначив место, он начинает «населять» его участниками действия. И люди превращаются здесь в статистов, массовку, романтических героинь или героев-любовников его очередного спектакля. Его портреты знаменитых современников лишь подчеркивают театральность происходящего. Чулпан Хаматова становится Джульетой, готовящейся к первому балу, а Вивьен Вествуд в кружевном платье выступает как героиня «Золушки».

Выставка продлится с 16 декабря 2011 года по 22 декабря 2011 года.

Позже работы можно будет приобрести в рhotohub_Manometr.

Адрес: ул. Нижняя Сыромятническая 10, стр. 7 (территория ArtPlay на Яузе)

Летучий испанец

Tue, 13 Dec 2011 08:48:00 +0100

В Государственном центре современного искусства открылась выставка Антони Мунтадаса под интригующим названием «Внимание: восприятие требует соучастия». На мой вкус, одна из лучших выставок в рамках года Испании в России.

Антони Мунтадас (Antoni Muntadas) — один из самых известных сегодня современных испанских художников, выставки которого были в МоМА и Центре искусств королевы Софии в Мадриде, Музеях современного искусств в Монреале и Барселоне, не говоря уж об участии его проектов на Документе в Касселе (1977, 1997) и биеннале в Венеции (2005), Лионе, Сан-Паулу. В Москву он привез свои знаковые работы, начиная от знаменитых «Последних 10 минут» (1977) и до современного проекта «О переводе: режим ожидания».

Фото: Аркадий Колыбалов

Мунтадас не похож на возмутителя спокойствия, скорее — на солидного профессора. Собственно, он и есть приглашенный профессор, в частности. Массачусетского технологического института. Меж тем его художественные акции вторгаются в саму гущу социальной жизни и выглядят почти вызывающими. Скажем, в 2002 в бразильском Сан-Паулу, районе, который называется зона Лесте, он установил 10 бронзовых памятных досок с именами префектов, мэра и других героев городского управления. Но если обычно доски устанавливаются на памятниках культуры, то Мунтадас установил их на сооружениях, возведение которых оказалось катастрофичным для этого района. Унылый канал и бетонная эстакада, странная площадь и полуразрушенное здание гордо несут имена тех, кому они обязаны своим появлением на карте города. И благодаря кому эти места стали безличной трассой или городским пустырем. Мало того, художник выпустил еще и 10 почтовых открыток с видом этих мест с памятными досками. Плюс еще и сайт сделал, где люди могут дополнить список «достопримечательностей».

Впечатляет свобода, с которой Мунтадас пересекает границы разных жанров, соединяя лэнд-арт с мейл-артом, а виртуальный путеводитель — с пародией на ренессансные ведуты, нацеленные на создание вида идеального города. Но помимо остроумия, его проекты отмечены серьезностью социального послания. В сущности, они очень похожи на социальные проекты. Мунтадас, впрочем, и не считает, что художник должен сидеть в башне из слоновой кости. Для него искусство и жизнь неразделимы, и этой позицией он, кстати, напоминает художников авангарда начала ХХ века. Неудивительно, что «соучастие», отклик зрителя он считает принципиальным для работы. С другой стороны, искусство для него — это способ не только наблюдать и показывать «городской пейзаж», но и шанс понять скрытые механизмы социальной жизни.

Фото: Аркадий Колыбалов

Художники обычно любят музеи. Мунтадас — еще и стадионы. В Москве он, кстати, тоже чуть ли не первым делом отправился на стадион. Если музей — символ высокой культуры, то стадион — массовой. В 30-минутном видео «Медиа стадион» (1989-2004) он создает мультиэкран, на котором сталкивает образы античных атлетов и футболистов «Манчестер Юнайтед», бой быков и шествие нацистов на стадионе из фильма Рифеншталь, гул трибун и полицейских, пытающихся контролировать толпу. На первый взгляд, похоже на завораживающий фотофильм, от которого оторваться невозможно. Но текучая непрерывная реальность фильма стремится стереть дистанцию между экраном и зрителем, Мунтадас же, напротив, рад ее сохранить. Способ простейший — он вводит слово. Точнее, набор слов, соответствующий понятиям архитектуры, контроля, медиатрансляции, аудитории и т.д. Слово становится каркасом, на котором держится визуальный ряд. Оно задает структуру, но и — направление внимания. И одновременно язык переводит знакомые образы в понятия, яркий видимый мир — в пространство логики. Понятно, почему тема перевода как понимания скрытой, неочевидной подкладки социальной жизни занимает Антони Мунтадаса уже лет пятнадцать.

Но иногда Мунтадас занимается и «обратным» переводом — из пространства художественного произведения в реальность. Именно к таким проектам относится «Сиеста» (1995), посвященная знаменитому документалисту Йорису Ивенсу. Мунтадас по приглашению Фонда Ивенса приехал в Амстердам, смотрел неделю фильмы Ивенса, которые тот снимал тот снимал в России, Китае, Испании — по всему миру. «Его называли „летучим голландцем“, ну а я — летучий испанец», — шутит Мунтадас. Обнаружив первую черту сходства, он решил поискать и другие. «А сиеста у него была?» — задумчиво поинтересовался испанец у вдовы Ивенса. Марселина внимательно посмотрела на него и ответила: «Да». «Тогда мне нужен диванчик Ивенса», — заявил Мунтадас. Диванчик он поставил в зал музея. На нем вначале появлялась проекция руки, сжимающей что-то, потом — закрытые глаза спящего, а затем на стене проступали кадры черно-белых документальных съемок. «Меня заинтересовал контраст между кипучей активностью, всеми этими кадрами войны, революций, строек и моментом покоя. Это кадры живут между сном и явью, между прошлым и мечтой об утопическом будущем», — поясняет художник. «А почему в финале он роняет зажатую в руке монетку?» — «Чтобы проснуться. Если боишься заснуть надолго, надо зажать в руке ключи или монетку, чтобы проснуться от звука их падения». В зале ГЦСИ, конечно, кресло не Йориса Ивенса, а наше, местное. Но от этого инсталляция не становится менее интересной, микширующей реальность старого документального кино и пространство сегодняшнего зала.

Фото: Аркадий Колыбалов

Антони Мунтадас, полушутя, называет свои произведениями «очень экологичными». В том смысле, что если можно «переработать» уже готовые образы, то он не прочь этим заняться. Вообще-то «ресайклингом» образов со времен Марселя Дюшана, который запустил в художественный оборот рэди-мейды, сегодня трудно удивить. Но удивлять зрителей вовсе не входит в намерения Мунтадаса. Он не из тех, кто откликается на вечный зов толпы: «Хлеба и зрелищ!». Зато он из тех, кто очень пристально вглядывается в способы манипуляции массой. Но при этом он напрочь лишен высокомерия высоколобых интеллектуалов, многие из которых к «человеку улицы» относятся с интересом энтомолога, рассматривающего жука неизвестной породы. Он адресует свои работы не власть имущим и не толпе, скорее — «человеку в пейзаже» (неважно — урбанистическом или медиальном), который хочет сориентироваться на местности.

Адрес: Зоологическая ул., 13, к. 2

Центр фотографии им. Люмьер выставит коллекцию советской фотографии

Fri, 09 Dec 2011 14:40:00 +0100

Снимки мэтров советской фотографии представит Центр фотографии имени братьев Люмьер на вернисаже, посвященном десятилетию галереи, сообщила РИА Новости сотрудник галереи Анастасия Лепихова.

Игнатович Б. Шахматный турнир. 1935 г. Серебряно-желатиновый отпечаток 24,5х16 см.

Центр фотографии имени братьев Люмьер открылся в 2001 году и стал первой частной галереей, выставлявшей лучшие образцы фотоискусства на московском арт-рынке. Свой первый крупный юбилей галерея отмечает выставкой более 150 фотографий коллекционных работ из собственного фонда. Основную часть экспозиции, по словам Лепиховой, составляют винтажи и ранние авторские отпечатки — самые ценные и редкие экспонаты галерейного собрания.

«Мы собирали коллекцию в течение десяти лет: на этих снимках из фонда можно проследить историю советской фотографии. Здесь представлены фотографии на разные темы и почти всех жанров», — сказала Лепихова.

Родченко А. Колонна Динамо. 1935 год. Серебряно-желатиновый отпечаток 18,5х28,5. На обороте штамп собрания автора

Для экспозиции достали оригинальные ранние и поздние авторские отпечатки знаковых советских авторов. Например, кадры пионеров репортажа 1920-1930-х годов: одного из основоположников конструктивизма Александра Родченко, известного фоторепортера Бориса Игнатовича, основавшего вместе с Родченко группу «левых» фотографов «Октябрь». Рядом с ними работы мастера фотоочерка, наследника русского авангарда Якова Халипа, советского фоторепортера Аркадия Шайхета, фотокорреспондента «ТАСС» Марка Маркова-Гринберга.

Военный период запечатлен на снимках Александра Устинова, Георгия Зельмы, наиболее известного своими кадрами битвы за Сталинград. Следом за ними кадры 40-50-х годов, времен послевоенной оттепели, Василия Егорова и Якова Рюмкина.

Особое место занимает тема Москвы и московские панорамы Наума Грановского, Александра Потресова, Эммануила Евзерихина. На выставке покажут работы только советских авторов, и самыми «западными» из них стали классики литовской школы, стоявших в основании фотожурналистики Литвы, Антанас Суткус, Антанаса Мацияускас, Виталия Бутырина.

Игнатович Б. Метро Динамо. 50-е годы. Подпись наследника в карандаше на обороте.24х16 см

По словам Лепиховой, тщательно отобранные фотографии, экспозиция подемонстрирует, в чем заключается искусство коллекционирования. Некоторые из фотографий — лишь поздние авторские отпечатки, стоимостью в тысячи долларов, — можно будет приобрести.

Выставка работает 9 декабря - 15 января.

Адрес: Болотная набережная, дом 3, стр. 1

Выставка «А может быть, ворона» в Москве

Thu, 08 Dec 2011 09:39:00 +0100

С 10 декабря в Москве в Музее анимационного кино в здании Политехнического начнет работу выставка анимационной студии «Пилот» «А может быть, ворона». Выставка приурочена ко дню рождения основателя студии – заслуженного деятеля искусств, кинорежиссера Александра Татарского.

В экспозиции – пластилиновые куклы и декорации из современных проектов студии «Пилот», а так же – персонажи из фильмов, составивших золотой фонд российской мультипликации: «Пластилиновая ворона», «Следствие ведут колобки», и др., созданных А. Татарским до момента основания студии «Пилот». Также в экспозицию вошли игрушки из личной коллекции А. Татарского. Выставка познакомит посетителей с биографией и особенностями творчества режиссера.

Часы работы: ежедневно, с 10:00 до 18:00 (касса до 17:30), кроме понедельника и последней пятницы месяца.

Адрес: Новая площадь 3/4 (в здании Политехнического музея, подъезд №3)

Рут Оркин. Ретроспектива 1939-1981

Thu, 01 Dec 2011 09:52:00 +0100

Центр Фотографии имени братьев Люмьер представляет 8 декабря 2011 - 29 января 2012 выставку выдающегося американского фотографа «Рут Оркин. Ретроспектива 1939-1981», проходящую в России впервые.

Рут Оркин (Ruth Orkin, 1921-1985) была единственным ребенком в семье актрисы немого кино Мэри Руби (Mary Ruby) и русского производителя игрушечных кораблей Самуила Оркина (Samuel Orkin). Рут росла в Голливуде как раз в период его рассвета, в 1920-1930-е годы. Первую фотокамеру ей подарили в возрасте 10 лет, два года спустя Оркин уже самостоятельно печатает свои фотографии. Девушка была страстным коллекционером автографов, но с 17 лет ее уже не интересуют автографы знаменитостей, вместо этого она сама создает их портреты.

В 1943 году Оркин перебирается в Нью-Йорк. Сначала работает фотографом в ночном клубе по вечерам, а днем делает портреты детей на заказ, чтобы заработать на свою первую профессиональную камеру. К концу 1940-х Оркин снимает для многих ведущих американских изданий того времени: Life, Look, Horizon, Ladies Home Journal, а также отправляется на знаменитый музыкальный фестиваль Tanglewood, благодаря чему в ее архиве появляются портреты великих музыкантов того времени: Леонарда Бернстайна, Исаака Стерна, Аарона Копленда, Сергея Кусевицкого и многих других.

В 1951 году Оркин путешествует по Италии и во Флоренции знакомится с американской студенткой художественной школы Ниной Ли Крейг (Nina Lee Craig), которая становится героиней «Американской девушки в Италии», самой знаменитой фотографии Оркин. Этот снимок, которому 22 августа этого года исполнилось 60 лет – один из серии под названием «Не бойтесь путешествовать в одиночку», повествующей о том, с чем приходится сталкиваться молодым женщинам, туристкам, приезжающим в Европу в послевоенные годы.

По возвращению в Нью Йорк, Оркин выходит замуж за фотографа и режиссера Морриса Энджела. Вместе они выпускают два художественных фильма, один из которых - «Маленький беглец» - в 1953 году номинируется на премию Оскар. В 1959 Оркин вместе с такими фото-звездами как Доротея Ланг и Маргарет Бурк-Уайт была названа одной из «Десяти лучших женщин фотографов США».

Выставка в Центре фотографии имени Братьев Люмьер включает в себя 50 авторских фотографии, отражающих разные вехи творчества Рут Оркин.

В рамках экспозиции будет продемонстрирован 18-минутный фильм Ruth Orkin: Frames of Life (1995 г, США) о жизни и творчестве фотографа, включающий в себя интервью Корнелла Капы, Мэри Эллен Марк и др.

Выставка подготовлена совместно с дочерью Рут Оркин, Мери Энджел, а также при поддержке Посольства США в России и под эгидой Двусторонней российско-американской комиссии Медведева – Обамы.

Цена билета: 250 рублей, для студентов и учащихся 150 рублей, для пенсионеров 190 рублей в будние дни.

Адрес: Болотная набережная, дом 3, стр. 1

Революция в Ливии и свержение Каддафи

Wed, 30 Nov 2011 10:00:00 +0100

C 30 ноября по 6 декабря в выставочном пространстве photohub_Manometr на территории центра дизайна ARTPLAY на Яузе пройдет фотовыставка фотожурналиста агентства Associated Press Сергея Пономарева «Ливия. Сирокко. War photographs».

Революция в Ливии и свержение Каддафи – третья и сама кровавая из серий революций на Ближнем Востоке, которые впоследствии получили название «Арабская Весна».

Массовые протесты против режима Каддафи начались в Ливии 17 февраля, спустя семь месяцев боев за каждый город повстанцы вошли в Триполи и захватили основные учреждения власти. Еще до падения города национальное переходное правительство было признано легитимным большинством государств в мире. Сохраняя очаги сопротивления, Каддафи стал нелегитимным правителем.

«Ливия. Сирокко. War photographs» - это 40 фоторабот, отражающие срез ливийского общества, которое встало под флаги революции: простые люди, военные, врачи, рыбаки, клерки.

Отдельным разделом выставки будет серия о падении Триполи. Сергей Пономарев был одним из немногих журналистов, которые вошли в Триполи вместе с повстанцами в первые дни боев за этот город. Сергей Пономарев смог запечатлеть взятие Баб Аль-Азазии – резиденции Каддафи, уличные бои, подземные ходы, бункер диктатора и дворцы его детей.

Экспозицию будет сопровождать мультимедийный проект, звуковое наполнение которого выполнили музыканты 7-й студии МХТ Кирилла Серебренникова.

3 декабря в 14.00 будет организована творческая встреча с Сергеем Пономаревым, на которой он расскажет о проекте и специфике работы фотокорреспондента в условиях военных и национальных конфликтов.

Сергей Пономарев. Фото РИА Новости, Владимир Федоренко

Сергей Пономарев – российский фотожурналист, кому удалось снимать ливийскую революцию со стороны повстанцев почти с самого ее начала. Большинство представленных на выставке фотографий было опубликовано на первых полосах более чем восьмидесяти изданий мира.
В своей работе Сергей Пономарев следует традициям лучших зарубежных военных фотографов, начиная с Роджера Фентона и Роберта Капы. Передвигаясь с армией революционных повстанцев, он снимал и военные действия, и короткие передышки между ними, уличные сценки и быт гражданского населения. Помимо батальных сцен фотоработы рассказывают о жизни рядовых ливийцев, воодушевлённых революционной риторикой и всеобщим энтузиазмом против Каддафи.

Куратор проекта - Наталья Ударцева.

Часы работы: 12:00 — 21:00 (вт. - воскр., пон. - выходной)

Адрес: Москва, ул. Нижняя Сыромятническая 10, строение 7

Фотограф в большом городе: Стэнли Кубрик в МДФ

Wed, 16 Nov 2011 09:00:00 +0100

Стэнли Кубрика (Stanley Kubrick) как режиссера знают все, но Кубрика-фотографа – совсем немногие. Снимки будущего классика кино, рассказывающие, как юношеский роман с фотографией перерос в любовь всей жизни – с кинематографом, показывает Мультимедиа Арт Музей (18 ноября 2011—29 января 2012) .

Стенли Кубрик Пэдди Вагон 1948 Rights of Reproduction: ICCARUS/Rainer Crone, Munich, Germany. Courtesy Library of Congress, Washington D.C. and Museum of the City of New York, New York City, United States

Самый авангардный из классиков и самый классический из авангардистов кинорежиссер Стэнли Кубрик, кроме кино, имел еще два увлечения, которые освоил с не меньшей маниакальностью. И шахматами, и фотографией он увлекся еще в школьные годы. В шахматы Кубрик играл всю жизнь – в том числе на съемочной площадке, во время перерывов, пока монтировали декорации и ставили свет. Фотографию же ему пришлось забросить в 23 года. Юношеское увлечение было недолгим, но плодотворным. В 1952 году журнал Look, раскрывший Кубрика как фотографа, передал в архивы около 12 тысяч негативов. Это составило только 10% того, что нащелкал затвором двадцатилетний юниор.

Кубрик был типичным парнем из Бронкса – задиристый умник, не слишком образованный, но упертый. Поэтому, когда 13-летнему подростку отец купил фотокамеру Grafl ex, тот отправился не в кружок юных оптиков, а прямиком на улицы родного Нью-Йорка. Дилетантизм с лихвой окупился азартом, тем более что денег на новое хобби уходило немного. Отец Стэнли, сам заядлый фотолюбитель, построил дома маленькую студию с проявочной, метрами пленки и прочей атрибутикой.

Стенли Кубрик Бэтси 1950 Rights of Reproduction: ICCARUS/Rainer Crone, Munich, Germany. Courtesy Library of Congress, Washington D.C. and Museum of the City of New York, New York City, United States

Школу, в которой, по воспоминаниям Кубрика, ему было попросту неинтересно, он использовал с единственной целью: став фотографом стенгазеты, получил легальное право пропускать занятия. Темы для репортажей Кубрик выбирал всегда на злобу дня. Впрочем, в каждой из них он всякий раз находил что-то личное.

Это случилось весной 1945 года, в день кончины Франклина Рузвельта. Смерть президента оплакивали целой страной. Кубрик, как и остальные соотечественники, вышел на улицу. Траурный день для Штатов стал своего рода триумфом одного парня с фотоаппаратом. На его самой знаменитой фотографии того времени – продавец прессы, который, едва ли не плача от горя, продает газеты с заголовком о смерти 32-го президента США. Этот в меру циничный сюжет Кубрик продал журналу Look, который расходился преимущественно благодаря фотографиям из жизни города и его обитателей. Дело было даже не в том, что солидный журнал купил и стал заказывать впредь фотографии у нахального самоучки. А в том, что Кубрику на тот момент было всего 17. Через год Look взял его в штат.

Стенли Кубрик Чистильщик обуви 1947 Rights of Reproduction: ICCARUS/Rainer Crone, Munich, Germany. Courtesy Library of Congress, Washington D.C. and Museum of the City of New York, New York City, United States

Самой любимой темой будущего режиссера стал Нью-Йорк – он дышал с этим городом в унисон, ловя каждый хрип, всхлип и вопль. Чаще всего на фотографиях – отчасти документальных, отчасти постановочных – люди, окруженные небоскребами. Одной из самых известных ныне считается серия с белобрысым чистильщиком обуви, буквально задавленным ногами прохожих, проезжающими машинами и нависающими громадами из железобетона.

Еще одна тема Кубрика – мрачноватые типы в шляпах и пальто. Одни мимо камеры целились из пистолетов, другие смотрели в объектив так, будто пистолет у них был в кармане – заряжен и спущен с предохранителя. Это увлечение Кубрик пережил только к середине 1950-х, сняв к тому моменту два практически образцовых нуара – «Поцелуй убийцы» и «Убийство».

Однажды Look заказал Кубрику серию репортажей с поединков боксера Уолтера Картье. Работа была сделана, снимки опубликованы. Но у фотографа появилась жажда чего-то большего – Кубрик влюбился не столько в спорт, сколько в движение как таковое. На фотоаппарат его можно было лишь покадрово запечатлеть, но не воссоздать.

Стенли Кубрик Колумбийский университет 1948 Rights of Reproduction: ICCARUS/Rainer Crone, Munich, Germany. Courtesy Library of Congress, Washington D.C. and Museum of the City of New York, New York City, United States

1951-й можно считать датой, когда с фотографией было покончено. В 23 года Кубрик променял ее на кино. В том же году вместе с Картье в главной роли он снял свою первую документальную короткометражку и продал ее на телевидение. «День боя» рассказывал о напряжении боксера перед схваткой и безжалостности самой схватки. Хотя съемки аналогичных короткометражек отнимали больше сил и денег, чем приносили, любовь к кинематографу только росла. Дальше уже начинается другая, куда более известная история про десяток лент, сделавших революцию в послевоенном кино. Впрочем, с фотографией Кубрик рвал только официально. После смерти режиссера, в 2008 году его семья обнародовала содержимое сотен коробок, которые пылились в доме последние 40 лет. Из них, помимо газетных вырезок, ворохом высыпались фотографии. Все это было про собственные фильмы – снимки кастингов, декораций, съемочной площадки, которые Кубрик делал самостоятельно. Только так он смог примирить в себе любовь к фотои кинопленке.

Стенли Кубрик Грациано 1950 Rights of Reproduction: ICCARUS/Rainer Crone, Munich, Germany. Courtesy Library of Congress, Washington D.C. and Museum of the City of New York, New York City, United States

Увидеть фотографии 20-летнего Стэнли Кубрика можно будет в Мультимедиа Арт Музее. Впервые в Москве на выставке «Стэнли Кубрик. Истории в фотографиях 1945-1950 гг.» представят около 200 снимков, созданных им в 1940-е годы для журнала Look.

В рамках выставки также пройдет встреча с исследователем творчества Кубрика и куратором экспозиции Райнером Корне (16 ноября в 19.00). Кроме того, в дни выставки в кинозале МАММ пройдут показы самых знаменитых фильмов Стэнли Кубрика.

С 12:00 до 21:00, каждый день, кроме понедельника.

Адрес: Остоженка, 16

Как делается кино. Сокровища Ленфильма

Tue, 15 Nov 2011 12:25:00 +0100

На прославленной российской студии «Ленфильм» в первом павильоне и в помещениях легендарного «Аквариума» открылась выставка «Как делается кино».

Посетители могут увидеть бесценные экспонаты – костюмы, фрагменты декораций, уникальный реквизит, призы «Ленфильма». Впервые в истории студии на всеобщее обозрение выставлены подлинные кабинеты сценариста и редактора, гримерная, монтажный стол, на котором клеились негативы великих картин, осветительная техника, включая доисторические прожектора, кинокамера, снимавшая легендарные киноленты. Это редкий шанс заглянуть в святая святых студии и шаг за шагом проследить все этапы кинопроизводства – от сценарного замысла до премьеры.

Среди жемжучин выставки - знаменитое платья Элизабет Тейлор из фильма «Синяя птица». Она хранится в витрине за пуленепробиваемым стеклом.

Выставка пройдет до 30 декабря 2011 года, вход - свободный.

С понедельника по пятницу с 11.00 до 17.00.

ЭКРСКУРСИИ проводятся только для групп, по предварительной записи по тел. 326-8269.

«Образы Италии. 1841-1941» в Санкт-Петербурге

Tue, 15 Nov 2011 11:49:00 +0100

РОСФОТО в Санкт-Петербурге представляет выставку произведений выдающихся мастеров итальянской фотографии «Образы Италии. 1841-1941» из фондов флорентийского Музея истории фотографии братьев Алинари (17 ноября – 15 декабря).

В. Джакомелли. Секретное послание. Ок.1880.

Открытие состоится 16 ноября в 18.00 в выставочном зале Дворового корпуса.

Выставка входит в официальную программу Года итальянского языка и культуры в России.

Выставка представляет собой экскурс в историю итальянской фотографии с 1841 по 1941 год. Галерея великих фотографов открывается создателями первых в Италии дагерротипов (Амичи, Дурони) и калотипов (Верачи). «Золотой век» фотографии отражен в работах ведущих ателье, находившихся в главнейших туристических центрах Италии – Венеции (Брезолин, Понти, Перини), Флоренции (студии братьев Алинари и Дж. Броджи) и Риме (Канева, Дж. Андерсон, Макферсон). Фотография Южной Италии представлена именами Джорджио Зоммера и Роберта Райва – мастеров иностранного происхождения, живших и работавших в Неаполе.

В.Балокки. Флоренция. 1938.

Землетрясение 1908 года, разрушившее Мессину и Реджио, стало для Италии символическим рубежом XX века. Последствия землетрясения запечатлели практически все итальянские фотографы того времени. На выставке можно будет увидеть посвящённые этой теме работы Луки Комерио и Вильгельма фон Глёдена – исключительно важной фигуры для итальянской фотографии рубежа веков. Фотография первой половины XX века представлена работами знаменитых мастеров, принадлежавших к разным художественным течениям –пикториализму (Гвидо Рей, Перетти Грива), футуризму (Паладини, Ванда Вюльц, Кастаньери, Паризио), сюрреализму (Моллино), а также первыми неореалистическими экспериментами Альберто Латтуада.

В.Фон Глёден. Землетрясение в Мессине. 1908.

После открытия выставки, 16 ноября в 18:30, состоится лекция куратора выставки Моники Маффиоли и презентация каталога.

Адрес: Санкт-Петербург, ул. Большая Морская, д.35

«the FACE: эволюция портрета в фотографии» в Санкт-Петербурге

Tue, 15 Nov 2011 11:30:00 +0100

Государственный музейно-выставочный центр РОСФОТО при поддержке Министерства культуры Российской Федерации представляет выставку в Санкт-Петербурге «the FACE: эволюция портрета в фотографии» (26 ноября - 12 декабря).

Открытие состоится в выставочном зале Парадного корпуса (2 этаж) 25 ноября в 18.00.

РОСФОТО представляет проект the FACE, посвященный портрету в современной художественной фотографии. В экспозицию вошли работы более пятидесяти авторов из двадцати стран. Произведения молодых и потому мало известных петербургскому зрителю художников соседствуют с работами прославленных мастеров, среди которых один из пионеров цифрового искусства американец Лоренс Гартел, живущий в Южной Африке американец Роджер Баллен, кореец Атта Ким, «китайский Мэпплторп» Алмонд Чу из Гонконга, живущая в Париже японка Кимико Ёшида. В выставке также участвуют более 10 авторов из Москвы, Петербурга и других городов России. В проекте the FACE традиционные образы и концептуальные интерпретации портретного жанра представлены в различных фотографических техниках. Собранные в одной экспозиции, эти произведения сложились в ансамбль, не претендующий на отражение всего многообразия идей, реализуемых сегодня в области художественной фотографии, но дающий довольно убедительное представление об особенностях и месте портрета в современном искусстве.

Кимико Ёшида. Из серии «Автопортреты». 2009

Участники: Андрей Полушкин (Россия), Святослав Пономарев (Россия), Александр Забрин (Россия), Евгения Горчакова (Германия), Кристофер Меул (Бельгия), Дина ди Ри (США), Давида Кидд (Канада), Александра Митлянская (Россия), Теро Пуха (Финляндия), Максим Сауко (Россия), Серена Андреини (Великобритания), Алмонд Чу (Китай), Атта Ким (Южная Корея), Дана Херлихай (Великобритания), Том Чамберс (США), Дерек Бесан (Канада), Збигнев Кост (Польша/Нидерланды), Ринат Волигамси (Россия), Виктор Коен (Греция/ США), Лоренс Гартел (США), Ву Чен Чан (Тайвань), Бриджит Коньен (Австрия), Бен Хансен (Бельгия), Давиде Майоне (Великобритания), Карлос Эсколастико (Испания), Оно Людвиг (Германия), Дженни Вогел (США), Виктор Лукин (Россия), Кимико Ёшида (Франция / Япония), Илзе Члан (Австрия), Чанг Су Ким (Южная Корея), Барри Корнблух (Нидерланды / США), Фрэнк Дитури (США / Италия), Роджер Баллен (ЮАР / США), Ян Страдмен (Германия), Ольга Полесовщикова (Россия), Дженнифер Дрюкер (США / Италия), Татьяна Данильянц (Россия), Валера и Наташа Черкашины (Россия), Лоренцо Ди Лорето (Италия), Владимир Мартынов (Россия), Пьер Дальпе (Канада), Натали Дауст (Канада), Евгений Иванов (Россия).

Александра Митлянская. «Подарок». 2000

Автор идеи и куратор выставки Андрей Мартынов.

Адрес: Санкт-Петербург, ул. Большая Морская, д.35

«Архитектор в анимации» (27 октября - 6 ноября)

Tue, 01 Nov 2011 09:40:00 +0100

В Государственной галерее на Солянке при содействии Государственного Центрального музея кино до 6 ноября проходит мемориальная выставка «Архитектор в анимации», посвященная творчеству режиссера и художника Алексея Борисовича Шелманова – одного из ярких представителей среднего поколения российских аниматоров.

Организатор выставки – Большой Фестиваль Мультфильмов.
Куратор выставки – Павел Шведов.

«У Леши Шелманова и других слушателей Курсов был нормальный здоровый цинизм, который должен быть по отношению к преподавателям. Они, конечно, смотрели на нас несколько искоса, хотя понимали, что перед ними сидят вполне авторитетные и заслуженные преподаватели, которые уже нашли свое место в мультипликации. Но мне нравился их веселый настрой, их скепсис, потому что без этого тоже нельзя. Нельзя принимать все, открыв рот и уши, чтобы тебе это все вкладывали и дул ветер. В результате дом пустой будет. Только будут хлопать ставни, и ничего образного не получится. Они были не такими.

Леша Шелманов был человек с хитрецой. И неудивительно, что и он, и его друзья запали на настроение Хармса, который в то время и много позже идеально соответствовал внутреннему состоянию многих художников».
Юрий Норштейн

«Высшие курсы сценаристов и режиссеров были настоящим счастьем, которое неожиданно свалилось на нашу голову. Все мы - и преподаватели, и ученики - находились в состоянии полной эйфории… Леше Шелманову тоже повезло быть на этих Курсах. Он обладал такой мягкой чуткостью и внимательностью к происходящему, что это, собственно, и предопределило его дальнейший творческий путь».
Эдуард Назаров

Выпускник Московского архитектурного института, Алексей Шелманов не мог смириться со строго регламентированной архитектурной деятельностью конца 1970-х годов, не позволявшей в полной мере раскрыть свой талант. Он, как и некоторые другие его коллеги по архитектурном цеху, решил пойти по дороге анимации, предоставляющей свободу творческому полету художника. Шелманов поступил на анимационное отделение легендарных Высших курсов сценаристов и режиссеров.

Мастерами Алексея Шелманова стали патриархи отечественной анимации Федор Савельевич Хитрук («Фильм-фильм-фильм», «Винни-Пух» и др.) и Роман Абелевич Качанов («Варежка», «Чебурашка», «Тайна Третьей планеты» и др.). А тайны одухотворения рисунка курсантам раскрывали Владимир Пекарь и Виолетта Колесникова. Обучение на Курсах проходило в постоянном соприкосновении с лидирующими режиссерами «Союзмультфильма», в частности с Эдуардом Назаровым и Юрием Норштейном. Кстати, у создателя «Ежика в тумане» Алексей Шелманов проходил практику. В этот момент Юрий Борисович как раз начинал работу над «Шинелью»…

После окончания Высших курсов Алексей Шелманов начинает работать на киностудии «Союзмультфильм». В этот период он снимает несколько сюжетов в «Переменке» и «Веселой карусели», а также вместе с Василием Кафановым и Алексеем Туркусом режиссирует знаменитую «Медвежуть».

В 1996 году Алексей Шелманов создает иллюстрации к книге Олега Егорова «Подбитые ветром». Эта работа стала знаковой и открыла новое направление в творчестве художника – путь книжной графики. Затем художник через свои работы раскрыл миры Бориса Заходера, Алана Милна, Юрия Олеши.

За последние годы Алексей Шелманов раскрывается и в сериальной («Иван и Митрофан»), и в полнометражной («Щелкунчик»), и в авторской анимации. Последними картинами Алексея Шелманова стали «Пуговка» - экранизация знаменитой песенки про коричневую пуговку и вражеских шпионов, а также «Приключения Маши и Гоши» – история про встречу детей со «страшной» Зубной феей.

1 мая 2011 года Алексей Шелманов скончался на 56-м году жизни.

На выставке представлены эскизы и материалы к анимационным работам из личного архива художника. Большой блок экспонатов посвящен книжной иллюстрации. В режиме нон-стоп пройдет показ мультфильмов.

2 ноября состоится вечер памяти, на котором друзья и коллеги художника поделятся воспоминаниями об Алексее Шелманове.

Адрес: ул. Солянка, ½, стр. 2

Первая в Москве ретроспектива мастера перформансов Марины Абрамович

Thu, 06 Oct 2011 09:12:00 +0200

8 октября, в центре «Гараж» открывается выставка «В присутствии художника» — первая в Москве ретроспектива самого известного мастера перформансов Марины Абрамович.

На выставке, куратором которой выступает Клаус Бизенбах, будет представлено около 50 работ, созданных на протяжении четырех десятилетий, в том числе ранние эксперименты Абрамович: аудиофрагменты, видеоработы, инсталляции, фотографии, сольные и групповые перформансы.

Получив международное признание как художник-новатор в области перформанса, Абрамович уже более 30 лет исследует границы этого искусства, создавая работы, которые физически и психологически являются серьезным испытанием и для самого художника, и для зрителя. С самого начала карьеры в Белграде в 1970-е главным объектом перформансов Абрамович было ее собственное тело. Желая изучить его границы и возможности, она переносила боль, изнеможение и опасности в поисках эмоционального и духовного преображения.

Зрителям предстоит живо ощутить атмосферу творчества художника: на выставке будут в хронологическом порядке представлены четыре знаковые работы Абрамович, исполненных вживую российскими перформансистами. Их выступление будет сопровождаться видео- и фотоматериалами, аудиозаписями и объектами, использованными в изначальных перформансах.

Со 2 по 6 октября 2011 года Марина Абрамович будет проводить специальный тренинг для участников перформансов. Центр «Гараж» приглашает зрителей понаблюдать за этим процессом, так как художник будет работать с российскими перформансистами по уникальной программе, призванной обучить их специальным навыкам и выносливости, которая понадобится им в ходе предстоящей выставки.

Всего на выставке будет представлено четыре живых реперформанса Марины Абрамович. Термин реперформанс был введен самим художником, он обозначает повтор любого другого перформанаса, исполненного раньше. Выставку откроет знаменитая работа Абрамович и ее бывшего спутника жизни Улая (настоящее имя Уве Лейсипен, р. 1943) — Imponderabilia (1977 / 2010). Это название можно перевести как «непредсказуемый и не поддающийся определению фактор». Прямо в проходе, ведущем на выставку, будут стоять друг напротив друга два обнаженных человека, мужчина и женщина — таким образом каждый из зрителей, желающих попасть на экспозицию, будет поставлен в ситуацию вынужденного этического выбора — проходить или не проходить, а если да, то к кому из перформансистов повернуться лицом.

В течение 12 лет Абрамович с Улаем изучали собственные взаимоотношения, проходя через ряд сложный медиативных испытаний. Одним из них был перформанс 1980 года «Точка контакта», где они стояли лицом к лицу с согнутыми руками, едва касаясь друг друга указательными пальцами. Благодаря долгой медитации и взгляду глаза в глаза партнеры, по словам самой Абрамович, ощущают особую ауру и силовое поле друг друга, в момент почти неосязаемого прикосновения переживая чувство духовного очищения. Основанный на тибетских буддийских практиках перформанс «Обнаженная со скелетом» (2002–2005 / 2010), во время которого Марина «оживляет» лежащий на ней скелет, своим дыханием заставляя его двигаться, посвящен преодолению страха смерти. «Свечение» (1997 / 2010) представляет собой как бы парящую на высоте двух метров обнаженную женскую фигуру. Именно обнаженное женское тело в форме звезды воплощает, по мнению художника, такие категории как «страдание, одиночество и духовные поиски». Специально отобранные Мариной Абрамович в России реперформансисты будут исполнять эти произведения в течение всей работы выставки.

Выставка делится на три логических блока. Первый посвящен раннему периоду творчества художника в Белграде (1969–1975). Самым знаменитым перформансом этого периода является «Ритм 0» (1974), где Абрамович разместила на столе 72 предмета, которые зрители могли использовать любым выбранным ими способом. Среди предметов были ножницы, нож, плеть, пистолет и пуля. В течение шести часов Абрамович позволяла зрителям использовать ее тело и выполнять с ним любые действия этими предметами. К концу перформанса вся ее одежда была искромсана, а тело порезано и разрисовано. Ее короновали импровизированным терновым венцом, а к голове приставляли пистолет. В рамках выставки будут представлены аналоги этих предметов, а также диапроекция документальных кадров первоначального перформанса.

Во втором разделе выставки экспонируются совместные работы Абрамович и Улая. В их число входят перформанс «Энергия покоя» (1980), в котором Улай держит лук со стрелой, направленной прямо в сердце Абрамович, и серия из 22 перформансов «Ночной переход» (1981–1987), в которых Абрамович и Улай неподвижно сидят на противоположных концах прямоугольного стола в полной тишине.

Третья часть выставки посвящена персональным работам Абрамович, приходящимся на период 1995–2005 годов. В этих работах Марина пытается постичь чувство одиночества, изучает собственные балканские корни — культурные, идеологические и духовные — и историю своей семьи, анализирует чувство позора и боли от жестокости, которая обрушилась на ее родную страну в 1990-х. Инсталляция «Балканское барокко» (1997), за которую она получила «Золотого льва» как лучший художник на Венецианской биеннале 1997 года, представляет собой трехканальную проекцию, демонстрирующую в натуральную величину изображения ее матери, отца и ее самой, две с половиной тонны коровьих костей и медный сосуд, наполненный темной водой. В ходе первоначального перформанса Абрамович сидела по шесть часов четыре дня подряд, отмывая кости от крови и пробуждая чувство боли и страдания, связанное с войной.

Заключительная часть экспозиции включает последние работы Абрамович, созданные в Нью-Йорке, где она живет с 2001 года. В ходе демонстрации перформанса «Дом с видом на океан» (2002) она в течение двенадцати дней жила у всех на виду в моделях комнат, представленных зрителям в поперечном разрезе и установленных в нью-йоркской Sean Kelly Gallery.

На выставке в Центре «Гараж» Абрамович впервые представит новый перформанс-инсталляцию, Измерение магии взгляда, являющийся результатом тесного сотрудничества художника с российскими и американскими учеными. Посетители смогут принять участие в эксперименте, в котором измеряется активность мозга при визуальном контакте — процесс, способствующий эмоциональному, а не физическому взаимодействию. Зрителям представится возможность наблюдать это действие и увидеть, какие зоны мозга физически стимулированы в моменты мысленного взаимодействия участников. Произведение отсылает к недавнему перформансу Абрамович В присутствие художника, исполненному в Музее современного искусства, Нью Йорк, когда, на протяжении нескольких месяцев посетители, сидя напротив, смотрели в глаза Марине.

Изначальная идея выставки принадлежит Музею современного искусства Нью-Йорка.

О художнике

Марина Абрамович родилась в Югославии в 1946 году. В конце 1960-х она начала эксперименты со звуком и пространством, создавая программы для воображаемых перформансов. В 1970-х она стала использовать собственное тело как объект и носитель своих работ, начав с серии длительных перформансов, содержавших протест против политического климата социалистической Югославии. В 29 лет Абрамович, не предупредив никого, уехала из Белграда в Амстердам, где встретила художника Улая, с которым они работали вместе следующие 12 лет. Свое сотрудничество они завершили в 1988 году перформансом: они шли навстречу друг другу с противоположных концов Великой китайской стены, чтобы встретиться на середине и разойтись.

В 1990-х, в период конфликтов на Балканах, Абрамович выступала с сольными работами, переосмысляя собственный культурный опыт и культурно-исторические традиции своей страны. Переехав в 2001 году в Нью-Йорк, она изучала возможности повторных перформансов как способа показа и сохранения этого вида искусства, воспроизводила свои ранние работы и перформансы других художников. Эти идеи отражены в перформансе «В присутствии художника». Ее работы демонстрировались во многих странах мира, а в 2011 году она приняла участие в опере «Жизнь и смерть Марины Абрамович», поставленной по мотивам ее собственной жизни Робертом Уилсоном с участием Уиллема Дефо в рамках Манчестерского международного фестиваля.

О кураторе

Клаус Бизенбах — директор центра MoMA PS1 и старший куратор специальных проектов Музея современного искусства Нью-Йорка (MoMA). В 2004 году Бизенбах был назначен куратором отдела фильмов и медиа MoMA и стал старшим куратором-советником в нью-йоркском MoMA PS1. С 2006 года он является старшим куратором нового отдела медиаискусства MoMA, который к 2009 году вырос в отдел искусства медиа и перформанса. В качестве старшего куратора отдела Бизенбах реализовал ряд новаторских проектов, в том числе запустил цикл новых выставок, посвященных искусству перформанса, серию регулярных семинаров для художников и кураторов, а также пополнил коллекцию музея новыми важными произведениями медиаискусства.

В числе последних международных выставок, организованных Бизенбахом, — «Когда-либо еще» Райана Трекартена, «История обмана» Франсиса Алюса, выставка Лорел Накадате (2011); «В присутствии художника» Марины Абрамович (2010); «Перформанс 1» Тэчина Чэя (2009); «Вылей свое тело» Пипилотти Рист (площадью 7354 кубометров) (2008); выставка «Лунатики» Дуга Айткена, созданная в 2007 году при содействии Creative Time; выставка «Образцы террора: Фракция Красной Армии», проведенная в Берлине и Граце (2005); Шанхайская биеннале (2002); Венецианская биеннале (1995); выставочное пространство Hybrid Workspace на Documenta X в Касселе (1997) и 37 Rooms в Берлине (1992). В 2010 году Бизенбах организовал выставку «100 лет перформанса» в Центре современной культуры «Гараж». В 1991 году Бизенбах основал Институт современного искусства Kunst-Werke в Берлине, а в 1996-м — Берлинскую биеннале, и до сих пор является директором-учредителем обеих институций.

Нейронаучный эксперимент I: измерение магии взгляда

Во время своего перформанса «В присутствии художника» (2010), проходившего в Музее современного искусства в Нью-Йорке и длившегося на протяжении трех месяцев работы выставки, Марина Абрамович оставалась один на один с людьми, которым она смотрела в глаза. Во время этого безмолвного диалога она испытывала самые разные чувства — боль, счастье, грусть, — которые передавались сидевшему напротив нее человеку. Обычно люди могут смотреть прямо друг другу в глаза от семи до девяти секунд; более продолжительный взгляд означает, что они либо влюблены, либо ненавидят друг друга. Ученые задались вопросом: возможно ли при таком взгляде синхронное возникновение еще каких-либо ощущений и чувств между художником и его «собеседником».

После уникального опыта перформанса «В присутствии художника» Абрамович вместе с группой американских и русских ученых принялась за научное исследование невербальной коммуникации, феномен которой не раз рассматривался в ее предыдущих работах. Давно интересующий Абрамович вопрос об обмене энергией между перформансистом и зрителем обретает воплощение в уникальном нейронаучном эксперименте, который визуализирует работу человеческого мозга, управляющего как физической, так и психической активностью человека.

«Измерение магии взгляда» — уникальный союз науки и искусства. Это первая работа в серии проектов, разработанных во время семинара «Искусство и наука: взгляд в сознание», проведенного в научном центре Уотермилл в Нью-Йорке летом 2010 года при поддержке семейного фонда Мортимера Д. Саклера. Эта работа воспроизводит условия, заданные в перформансах «Ночной переход» (1981–1987) и «В присутствии художника» (2010). В каждом из них Марина Абрамович долго и пристально смотрела в глаза другому человеку — Улаю в первом из этих перформансов и участникам-добровольцам во втором.

Используя науку, перформанс «Измерение магии взгляда» исследует такие понятия, как творческий порыв, эволюция познания и понимания, невербальная коммуникация, а также сам момент, когда из хаоса неожиданно рождаются произведения искусства и открываются новые перспективы.

Обращаем ваше внимание на то, что лица до 18 лет не допускаются к участию в эксперименте.

Запись на участие в эксперименте

Участие в эксперименте возможно только по предварительной записи на рецепции Центра современной культуры «Гараж» или по телефону +7 (495) 645-05-20 и носит безвозмездный характер для участника и организатора эксперимента.

Перенос записи на участие в эксперименте

В случае если по какой-либо причине Вы не можете явиться на сеанс, Вы можете изменить время и дату, позвонив по телефону +7 (495) 645-05-20, либо при личном визите, не позднее, чем за 24 часа до начала сеанса, на который Вы были зарегистрированы. На сеанс необходимо прийти за 20 минут до назначенного времени, при себе в обязательном порядке иметь оригинал документа, удостоверяющего личность.

В эксперименте участвуют два человека, которые не знакомы друг с другом.

Вход свободный на выставку свободный.

Адрес: Ул. Образцова, 19а

По материалам ЦСК «Гараж»

Полуразложившийся труд

Tue, 27 Sep 2011 08:34:00 +0200

В Московском музее современного искусства в Ермолаевском переулке открылась выставка «Некрореализм», сделанная куратором Русского музея Олесей Туркиной как спецпроект IV Московской биеннале современного искусства. Это первая большая ретроспектива, прослеживающая историю легендарного движения в искусстве Петербурга с середины 1980-х до наших дней. Жизнестойкости искусства, посвященного смерти, дивилась АННА ТОЛСТОВА.

Синюшные и землистые, покрытые пятнами, изъеденные червями, вздувшиеся, разлагающиеся, с рублеными ранами, патологоанатомическими разрезами или попросту расчлененные — герои этой живописи производят сильное впечатление. Особенно один — пятнистый и округлившийся, как глобус, с полотна Владимира Кустова «Если бы парни всей земли...» (1989). Некрореалисты сосредоточились на том аспекте реальности, который весьма наукообразно описывается в кустовском трактате о «некрометоде»: «Смерть — форма существования объекта уровня человек от момента окончания абсолютного умирания до момента потери формы объектом». Листы из программного трактата развешаны по всем этажам, листы из судебно-медицинского атласа, некогда вдохновившего некрореалистов на занятия живописью, развешаны по лестнице, в залах наподобие колонн расставлены срубленные стволы деревьев — образ, важный для всех адептов движения, но особо любимый его отцом-основателем Евгением Юфитом, один из киношедевров которого повествует о секретных опытах по гибридизации человека и дерева (все юфитовские фильмы показывают на выставке). Между стволами висят жутковатые, большей частью черные картины, на которых разнообразные «объекты уровня человек» неуклонно стремятся к «моменту потери формы». А на этикетках под этой живописной мамлеевщиной можно прочесть звучные имена: Андрей Мертвый, Леонид Трупырь, Дебил и Серп.

Развеселая панковская компания — Андрей Курмаярцев (Мертвый), Леонид Константинов (Трупырь), Евгений Кондратьев (Дебил), Юрий Красев (Циркуль), Анатолий Мортюков (Свирепый), Игорь Безруков, Валерий Морозов, Владимир Кустов, Сергей Бареков (Серп) — собралась вокруг режиссера-художника Евгения Юфита в Ленинграде в середине 1980-х. Начав с хулиганских уличных перформансов, некрореалисты вскоре переключились на съемки в юфитовской студии экспериментального кино «Мжалалафильм», и это были чистые, не замутненные никаким систематическим, особенно художественным, образованием эксперименты в жанре нуар-макабр. Поток той же паранормально-криминальной жути щедро лился на перестроечного телезрителя из программы «600 секунд», но команде некрореалистов блестяще удавались опыты по гибридизации бытовухи и артхауса, так что чернушный материал поднимался до уровня поэзии Фридриха Мурнау, Жана Кокто, Олега Григорьева и Венички Ерофеева.

Они были молоды и веселы, Советский Союз — стар и смердел, как труп, загнивающий нонконформизм сметала новая волна, и некрореализм пришел, чтобы дать пинка омертвевшему соцреализму и плюнуть на его могилу. Олеся Туркина постаралась собрать на выставке ряд редких, ранних, еще цветных и совершенно разухабистых картин середины 1980-х — начала 1990-х, и по ним видно, что некрореалисты, наряду с «Мухоморами», «Чемпионами мира» или «Новыми художниками», были частью одного ньювейверского поколения, страстью к лабораторной паранаучности сближаясь с «Медицинской герменевтикой». Много кто из художественной молодежи тогда претендовал на наследство абсурдиста Хармса, но у некрореалистов, поставивших в петербургском тексте, что весь XX век жил поэтикой умирания, жирную точку в духе обэриутского дадаизма, имелось больше прав.

Прежнего, лихого и разудалого, некрореализма больше нет: драйв ушел, компания, с триумфом встреченная на Западе в первой половине 1990-х, распалась, и сейчас жизнь танатологического движения поддерживают лишь трое — Евгений Юфит, Владимир Кустов и Сергей Серп. Да и то кажется, что Юфит, ушедший в «большое» параллельное кино, и Кустов, ушедший в эстетские инсталляции и теоретизирование, продолжают заниматься некрореалистической живописью и фотографией по инерции. Собственно, вся стильно выстроенная экспозиция «Некрореализма» на две трети состоит из новых, 2000-х годов, кустовских инсталляций, юфитовских орнаментальных картин и снятых пинхолом пейзажей какой-то загробной страны, наверное, Похьелы. Под этот мертвенный академизм теперь подводят философскую базу, но ссылки на Лакана и Жижека не способны его оживить. Видимо, даже самые прекрасные объекты уровня художественное движение так же неуклонно стремятся к моменту потери формы.

«Невозможное сообщество» Виктора Мизиано

Fri, 09 Sep 2011 14:33:00 +0200

С 8 сентября по 6 ноября в Москве Московский музей современного искусства проводит выставку «Невозможное сообщество».

Проект «Невозможное сообщество» является результатом многоплановой исследовательской работы, проведенной Московским музеем современного искусства в сотрудничестве с известным российским куратором Виктором Мизиано.

Концепция выставки

Исходно настоящий проект призван был быть персональной выставкой. Возникшая в Москве в конце 1990-х годов группа ESCAPE, получила приглашение ознаменовать десятилетие своей творческой деятельности монографическим показом в Московском музее современного искусства. После интенсивной дискуссии с приглашенным ею к сотрудничеству куратором Виктором Мизиано родилась идея – открыть эту выставку для других участников. Реляционное и диалогическое искусство художников ESCAPE предопределило, что юбилейная выставка для них – это не столько повод показать собственные произведения, сколько - вернуться к широкому обсуждению тем и проблем, занимавших их многие годы.

Программа «искейпа» - ставка на «исход», родилась из сомнения в возможности реализоваться в рамках господствующей системы искусства, донести смыслы в рамках господствующих каналов репрезентации и коммуникации, обрести Другого в рамках господствующих социальных взаимодействий. Однако, что значит сегодня «исход»? Возможно ли создание иных альтернативных программ и социальных ниш? Возможно ли выстроить автономные зоны подлинной аутентичной коммуникации? Возможно ли ныне, в эпоху омассовленной коммуникации и потребления, вести разговор адресно, интимно и исповедально?

Если же признать, что искусство обречено оставаться частью глобальной сети дистрибуции, «исход» может связываться со стратегией вируса, паразита, трикстера. Но можем ли мы сохранить автономность послания, обживая чужие места, структуры и языки? Или же подлинное послание способно трансцендировать транслирующие его средства и структуры?

А может проблема не столько в структурах и языках, а в самом слепом доверии к акту коммуникации? К его мотивации, функции и прагматике? Может истинное сообщение – это то, которое лишено адресата? Может истинное действие – это то, которое лишено рациональной мотивации и находит в самом себе свои истинные основания?

Наконец, не видя человеческих смыслов в господствующих социальных взаимодействиях, уверены ли мы, что сами способны создать связи и общности иного типа? Ведь столь часто попытки обрести Другого или построить сообщество оборачиваются нестерпимой мукой и кончаются неудачей. Может ничто нас не сплачивает столь безусловно, как общая неспособность быть друг-с-другом? Или может ностальгия по утраченной или никогда не имевшей места общности и есть наша единственная общая ценность? Или, может быть, радикальный аутизм и есть подлинный способ открыться Другому? Хотелось бы только понять, способны ли мы на диалог с самими собой?

Все эти вопросы родились не сегодня, и не сегодня на них давали ответы. С ними вошли в искусству несколько поколений работающих ныне художников, продолжающих искать ответы на теже вопросы. Проект этот не претендует на то, что бы сказать нечто новое и окончательное, хотя и нет у него аргументов отговаривающих от подобных усилий. Не претендует проект и на то, что подводить итоги, хотя обобщение пройденного – неизменно залог движения к новому опыту. Скорее, мы хотели бы поставить вопрос: можно ли вновь отвечать на эти вопросы? Можно ли вновь отвечать на вопросы, на которые уже отвечал многократно, так и не найдя окончательного ответа? Особенно если вопросы были заданы тобой самим…

ESCAPE, «Хор», видео перформанс, 2005

Художники-участники проекта:

Константин Аджер, Валерий Айзенберг, Павел Альтхамер, Йоханна Биллинг, Соня Бойс, Вааст Колсон, Дидье Курбо, Оноре д’О, Джереми Деллер, Альберто Гарутти, Йенс Хаанинг, Жанн ван Хесвейк, Марсель ван дер Мейс, Илья Будрайтскис, IRWIN, Сучан Киношита, Иржи Кованда, Юрий Лейдерман, Андрей Сильвестров, Антон Литвин, Лиза Морозова, Роман Ондак, Адриан Пачи, Чезаре Пьетроюсти, Шимабуку, Программа ESCAPE, Р. Э. П., SOSka, TanzLaboratorium, Моник Тубош, Яан Тоомик, Лука Витоне, Евгений Фикс, Вадим Фишкин.

Адрес: Гоголевский бульвар 10, Государственный музей современного искусства Российской академии художеств.

Эстетика безнадежного

Tue, 16 Aug 2011 18:12:00 +0200

В самой престижной музейной институции в мире современного искусства, в нью-йоркском MoMA, открыта выставка украинского фотографа Бориса Михайлова. Единственный, пожалуй, на самом деле знаменитый в мире фотограф — выходец с безбрежных полей бывшего СССР представил свою старую (1999 года), многократно премированную, много где показанную, но ни разу не выставлявшуюся на родине серию «Case History» («История болезни»). КИРА ДОЛИНИНА считает, что за 12 лет эти фотографии приобрели статус произведений, достойных музея не столько современного, сколько классического искусства.

Более четырехсот снимков и на всех — харьковские бомжи: беззубые рты, гнойные раны, татуировки, отвислые груди и животы, выступающие грыжи, фингалы, ногти, почерневшие не в силу экстравагантного педикюра, а из-за многолетнего грибка, раздувшиеся от постоянного пьянства лица, дети с фигурами освенцимских доходяг, здоровые мужские тела с головами древних стариков, лохмотья, грязь. И еще пронзительные светлые глаза, нежность любовных или просто дружеских прикосновений, детские улыбки, грусть, страх, отчаяние, похоть, скука. Амплитуда типов, фактур и сцен огромна. Но первые эмоции, порождаемые этими фотографиями у зрителей, вот уже 12 лет одни и те же: шок и стыд. Нам стыдно на это смотреть, да и сам художник легко признается, что ему было стыдно это снимать.

Этот стыд и есть основное социальное послание михайловской «Case History». Судя по невероятной успешности этой серии, оно нашло своих адресатов. Мир бомжей, людей «новой» эпохи, эпохи развала Советского Союза, безвременья, бесправия, равнодушия, вошел в культурный бэкграунд социально ориентированного западного интеллектуала. То, что это сознательная «фальсификация» (то есть постановочные, а не документальные, репортажные кадры), с социальной точки зрения мало интересовало. Разве что критики и философы даже говорили о том, что Михайлов «разоблачает фиктивность любой фотографии как средства документирования действительности». То, что художник платил своим как бы не имевшим выбора моделям за обнажение, активно обсуждалось и даже многими выдавалось за большой грех, но при обращении к аморальной по определению (с точки зрения XXI века) истории отношений художника и модели как-то сходило на нет.

Сам Михайлов показаний своих за прошедшее десятилетие не менял. Его рассказ о рождении этой серии из увиденного им после годичного отсутствия в Харькове нового мира униженных и оскорбленных остается в силе: «В моем представлении бомжи — это были первые люди, которые должны умереть, как бы герои, которые защищают остальных, тех, кто останется в живых. Картины были большие двухметровые работы, чтобы передать ощущение этого большого общего горя, горя страны». Судя по тому, что ни в России, ни на Украине «Case History» так до сих пор полностью и не показали, обличительный пафос этой работы соотечественниками считывается прежде всего. А вот западный зритель, похоже, прошел за истекший период огромную дистанцию.

Взлетевший на постперестроечной волне как фотограф антисоветского если не толка, то образа мышления и глаза Борис Михайлов, по прошествии времени оказался классическим художником в самом прямом смысле этого слова. Художником музейным, говорящим о больших и несиюминутных проблемах, о Человеке и Грехе, об Одиночестве и Любви.

Сумасшедшие Жерико и Гойи, нищие Рембрандта, проститутки Лотрека в этой линейке ближе к Михайлову, чем соц-арт Булатова и даже (да простят меня теоретики концептуализма, свято чтущие Михайлова) концептуализм Кабакова.

Русские интеллектуалы любят ходить в народ и умиляться афористичности слова и образа. Услышанная мною, например, от синеногой бомжихи на Финляндском вокзале фраза «Я не знаю слова „любовь“, я знаю слово „боль“» — Достоевский чистой воды. То, что сделал Борис Михайлов, никак не умиление. Это текст про Искусство как таковое: «В искусстве многое нужно. А что, в искусстве нужна только красота?» МоМА, давно уже имеющий в своем собрании работы Михайлова, но отдавший сегодня свои залы под самую скандальную и самую большую его серию, явно готов подписаться под этими словами художника.

Кино и мода в Кёнигсберге:1920-40-е

Fri, 05 Aug 2011 06:41:00 +0200

Выставка о кино и моде Кенигсберга (прежнее название Калининграда) начала XX века пройдет с 4 августа по 2 октября в калининградском музее «Фридландские ворота».

Выставка «Кино и мода в Кёнигсберге» является продолжением проекта «Мода в Кёнигсберге», в ходе которого уже прошли две выставки, посвящённые моде 1920 и 1930 годов. В этой экспозиции мы хотим поговорить о влиянии кино на повседневную моду и стиль жизни, познакомить с кумирами 1920-30х годов, а также рассказать о малоизвестных сторонах культурной жизни Кёнигсберга, об уроженцах города, снискавших славу в кинематографе, об удивительной судьбе графини Веры фон Лёндорф...

Кинематограф Германии не был законодателем мод. Немецкое кино главным образом воспринимало международные модные тренды и отражало соответствующие изменения или основные акценты в костюмах. Как сообщили сотрудники Музея Кино в Потсдаме, к концу 1930-х годов для съемок фильмов костюмы уже не разрабатывались, а целиком закупались готовые гардеробы. Но благодаря кинематографу мода приобрела интернациональный характер. С появлением кино тон в моде стали задавать известные актрисы — именно им старались подражать, их образы становились «иконами стиля».

В Кёнигсберге было много кинотеатров, кино горожане любили, а дамы стремились выглядеть модно и привлекательно. Мы предлагаем обзор кинотеатров Кёнигсберга(фото), знакомство с кинорепертуаром тех лет (афиши, кадры из фильмов), рассказ об «иконах стиля» — наиболее популярных актрисах (фото, тексты).

На выставке экспонируются подлинные платья 1930-х годов из коллекции историка моды, ведущего «Модного приговора» А. Васильева (Париж, Франция).

Испанский кинематограф - Визуальная хроника

Thu, 21 Jul 2011 21:43:00 +0200

В Санкт-Петербурге в выставочном зале Парадного корпуса РОСФОТО с 28 июля по 4 сентября пройдет выставка «Испанский кинематограф - Визуальная хроника», предоставленная Посольством Испании и Центром ADELANTE.

«Неидеальное убийство». Реж. Фернандо Фернан Гомес. 1970 г.

Фотографии историка кино Хесуса Гарсия де Дуэньяс посвящены испанскому кинематографу. Выставка в РОСФОТО представляет собой визуальную хронику уникального явления, которое с момента своего возникновения в 1896 году и по сей день развивается в русле европейской кинематографической традиции и не теряет при этом национального колорита. Более ста сорока фотографий, многие из которых практически неизвестны широкой публике, познакомят петербургских зрителей с выдающимися мастерами испанского кино и созданными ими фильмами.

«Марселино, хлеб и вино». Реж. Ладислао Вахада. 1954

Экспозиция открывается историей первых десятилетий испанского кино, представляет его отличительные черты и стилистические особенности, коротко останавливаясь на знаковых работах, и завершается снимками, которые демонстрируют наиболее характерные для кинематографа Испании мотивы и темы. Эта выставка отражает процесс эволюции испанского кино. По словам бывшего директора Испанской киноакадемии Хосе Луиса Борау, испанский кинематограф «переживает сейчас свой лучший период», что свидетельствует о его цельности и многообразии, независимости и актуальности, отражающихся в растущем признании публикой и критиками.

Ежедневно с 11 до 19.

Адрес: ул. Большая Морская, 35.

Билл Виола. Вознесение Изольды (световая форма в посмертном пространстве)

Tue, 12 Jul 2011 17:42:00 +0200

Московская галерея Stella Art Foundation в Скарятинском переулке представляет с 13 июля по 20 августа инсталляцию великого видеоартиста современности Билла Виолы (Bill Viola) «Вознесение Изольды» (световая форма в посмертном пространстве) /Isolde’s Ascension (The Shape of Light in the Space after Death), которая входит в коллекцию Фонда.

Билл Виола. Вознесение Изольды (световая форма в посмертном пространстве) Одноканальная видеоинсталляция со звуком. 10 мин. 25 сек. 2005 Фото: Кира Перов

Стелла Кесаева, президент Stella Art Foundation в преддверии выставки сказала: «В 2005 году в парижском Опера де Бастий оркестр Мариинского театра под управлением маэстро Валерия Гергиева исполнил оперу Рихарда Вагнера, где на сцене вместо декораций была инсталляция Билла Виолы. Я присутствовала тогда на премьере, и она произвела на меня сильнейшее впечатление. В 2008 году мной было принято решение поддержать инициативу Валерия Абисаловича, показав оперу Вагнера в Петербурге на музыкальном фестивале «Звезды белых ночей». Тогда Stella Art Foundation выступил соорганизатором российской премьеры. Я рада, что сейчас Фонд имеет возможность представить часть инсталляции Билла Виолы в Москве».

«Вознесение Изольды» – одна из частей масштабного «Проекта Тристан» Билла Виолы, вдохновленного оперой (музыкальной драмой) Рихарда Вагнера «Тристан и Изольда». В нем вместо повествовательной интерпретации оперного сюжета художник создает автономный визуальный мир, существующий параллельно происходящему на сцене.

Фильм Виолы буквально внедряет зрителя в массу воды, сквозь которую, медленно нарастая, пробивается луч света. В какой-то момент его движение поднимает из глубины облеченное в светящиеся одежды тело Изольды, чтобы вознести ее ввысь. Затем, столь же медленно, как и возникал, световой луч угасает, погружая экран в темноту. По словам самого Билла Виолы: «"Тристан и Изольда" Рихарда Вагнера – история любви настолько глубокой и сильной, что она не способна уместиться в материальных телах влюбленных. И для того, чтобы дать ей проявиться в полную силу, Тристан и Изольда в конце концов должны выйти за пределы собственной жизни».

Однажды в детстве Виола чуть не утонул, и этот экстремальный опыт воплотился в образе воды, непрестанно повторяющемся в его творчестве. Для этого художника вода, как и другие силы природы, является эквивалентом мощных человеческих чувств. Возможно, именно это привлекло его в музыке Вагнера, для которого, по словам Виолы, «музыкальные инструменты были воплощением натуральных стихий – нечеловеческого мира, где страсть неукротима, пульсирует, кипит и не поддается никакому контролю – будь то море, ураган или чувство внутри тебя». Виола делает эти первичные мировые силы зримыми. Его медленное видео, сопровождающееся объемным звуком или оглушающей тишиной, переносит зрителя в пространство всепоглощающего созерцания.

Билл Виола (Bill Viola) (род. 1951) - всемирно известный художник, один из авторов, способствовавший утверждению видео-арта в качестве важнейшей формы современного искусства. В течение почти 40 лет он создает видеофильмы, монументальные видеоинсталляции, звуковые энвайронменты и электронно-музыкальные перформансы. Его средовые видеоинсталляции используют высокие технологии, отличаясь при этом ясностью и простотой. В своем творчестве Виола не устает исследовать горизонты чувственного восприятия, понимая его как способ самопознания. Его произведения неизменно сфокусированы на универсальном человеческом опыте – рождении, смерти, жизни сознания - и отсылают к большой совокупности духовных традиций, начиная с христианского мистицизма и кончая исламским суфизмом и дзен-буддизмом.

Адрес: Скарятинский переулок д.7

Выставка «Дистанции» – толерантность против нетерпимости в Ижевске

Fri, 08 Jul 2011 16:23:00 +0200

Выставка современного искусства, посвященная проблеме нетерпимости, проходит в Ижевске в редакции газеты «Известия Удмуртской Республики». Люди делят мир на две категории по принципу «нравится - не нравится». И не всегда они готовы мириться с «не такими». Толерантному отношению к окружающим призывает эта экспозиция.

Участниками выставки являются Комитет 19 января «Искусство против нацизма»; Владислав Ефремов «Киргизия», «Иммигранты»; Николай Богданов «Я люблю Ижевск»; Алексей Иорш «Будни террористов»; Владимир Потапов «Почти Россия»; Паша Чикамото «Лицемерие»; Алина Гуткина «I am boy». Выставка объединила в себе работы разных фотохудожников из Ижевска, Москвы, Волгограда. Тема нетерпимости актуальна как для малых, так и больших городов. Стены редакции увешаны фотографиями, сделанными в Москве, селах Киргизии, Ижевске, Тель-Авиве, Петербурге.

Серия работ «Stranger» посвящена молодому человеку, приехавшему в Израиль из одной маленькой африканской страны, название которой и мало кто знает. На снимках отражена вымученная, затравленная улыбка нелегала в чужой стране.

Серия карикатур «Будни террористов» родилась после терактов в Домодедово. По замыслу автора, терроризм стал частью нашей жизни. И живя на такой «пороховой бочке» мы продолжаем творить, любить, рожать детей и смеяться. «Почти Россия» - это та Россия, которую видит автор, отличная от страны, предлагаемой официально. Эта позиция выявляет коррумпированность, авторитарность, ограничение свобод, в том числе ксенофобию. «Искусство против нацизма» - подборка работ, размещенных в московском метрополитене.

«I am a boy who likes a boy» - акция, в ходе которой создатель граффити писал на стене о своей любви к мужскому полу. Суровый «граффитчик» в результате оказался девушкой.

Цикл «Киргизия» рассказывает о последствии гражданского конфликта в стране в 2010 году между узбеками и киргизами. На снимках город Ош и пострадавшие узбеки.

«Я люблю Ижевск» - в работах отражается насколько глубоко неонацисты и правые радикалы, стали частью нашего города. Через призывы, полные ненависти горожане становятся жертвой ксенофобии.

По словам главного редактора «Известий...» Энвиля Касимова, открывшаяся выставка - это выставка-поступок. От лица организаторов творческого объединения «Колесо» Анастасия Евдокимовская рассказала, что живя в Москве 2 месяца в году, очень четко видишь проявления не толерантного отношения к людям, «Ты идешь в университет - на территории работают мигранты, заходишь в магазин - они там выкладывают продукты». Анастасия выразила надежду, что посетив выставку, каждый хотя бы для себя найдет ответ на вопросы отношения к «не таким» людям.

Вход для всех - свободный.

Часы работы - 10:00 до 18:00.

Адрес: галерея газеты «Известия УР», ул. Пастухова, 13-б.

По материалам «Сусанин», «Аргументы в Ижевске»

«ГлобаЛица» обладателя Национальной премии «Лучший фотограф-2010»

Mon, 27 Jun 2011 09:50:00 +0200

С 30 июня по 21 июля 2011 в комплексе «Башня на Набережной» Москва-Сити пройдет персональная выставка «ГлобаЛица» обладателя Национальной Премии «Лучший фотограф-2010» фотохудожника Маши Князевой.

В центре чопорного офисного Сити разместится ряд шокирующе-смелых фотоинсталляций, посященных протесту против корпоративной культуры, проблемам глобализации, социальным и моральным трансформациям в условиях стремительно меняющегося мира.
Антология непристойных жестов, портреты исторических икон, воссозданные с помощью поп-корна, крылышек Ростикс, чипсов и презервативов, фруктово-ягодные портреты актеров и продюсеров TB — будут представлены в рамках выставки на протяжении всего 3-х недель.

Как выглядело бы Второе пришествие в эпоху глобализации? Какие слабости были бы у юной Нефертити, живи она в наше постиндустриальное время? И есть ли что-то общее между человеческими типажами тысячу лет назад и сейчас? Именно этими вопросами задалась фотохудожница Маша Князева, завоевавшая Первую Национальную премию «Лучший фотограф-2010» в номинации рекламное фото.
Международное жюри Премии, сформированное из ведущих специалистов отечественной и зарубежной фотоиндустрии, возглавил сам Дэвид Кларк - руководитель фотографического направления галереи Tate в Лондоне. Всего на конкурс было подано около 20 000 работ.

Примечательно, что выигравшая серия провокационных фото для социальной рекламы в этом году впервые обошла традиционные декоративные кадры с брызгами и каплями воды на стекле, оставив им лишь 2-ое и 3-е место. По словам автора, «Серия ГлобаЛица — размышления о последствиях глобализации. Цикл портретов известных исторических личностей, воссозданных средствами фастфуда - не простое стремление к театральности. В чем-то предостережение, в чем-то предсказание, в чем-то - отражение современных социальных тенденций, эта серия не была создана, чтобы насмешить. Скорее, чтобы заставить людей задуматься».

Маша Князева родилась в 1976 году в Москве. Победитель ряда международных арт-конкурсов, член Союза фотохудожников России и Союза дизайнеров Москвы. Участник выставок в Москве, Берлине, Вене, Барселоне, Санкт-Петербурге, Перми, Челябинске. Работы находятся в коллекции Московского Музея Современного Искусства (ММСИ).

На открытии выставки ожидается выступление Александра Царовцева и группы «Девять».

Начало вернисажа в 18-00. Вход свободный.

Куратор - Петр Войс, галерея С'АРТ.

Технический партнер выставки – профессиональная лаборатория FOTOLAB.

Адрес: Москва, комплекс «Башня на Набережной», блок А, Пресненская набережная, д. 10, 1 этаж

Нью-Йорк, тогда и сейчас

Thu, 23 Jun 2011 21:05:00 +0200

Российская академия художеств и Московский музей современного искусства представляют с 28 июня — 31 июля 2011 выставку «Нью-Йорк, тогда и сейчас».

Нью-Йорк, легендарный «город, который никогда не спит», неизменно оказывается в фокусе миллионов объективов. Включая телевизор, отправляясь в кино, листая газеты и журналы, вы непременно увидите изображение Нью-Йорка, будь то статуя Свободы, здание Биржи на Уолл-стрит, Таймс-сквер, Центральный Парк, Кони-Айленд или один из множества небоскребов, испещривших облик города.

Выставка «Нью-Йорк, тогда и сейчас» московского куратора Андрея Мартынова путешествует по России уже два года. В дальнейшем она побывает в Венгрии, Германии и Франции, после чего завершит турне в Нью-Йорке в 2012 г. Проект — емкая подборка снимков Нью-Йорка, увиденного глазами 29 фотографов из разных стран, среди которых любители и профессионалы, уже ушедшие и ныне живущие. Хотя речь идет о жизни в отдельно взятом городе, по сути, перед нами разворачивается универсальная история, применимая к любому городу и каждому человеку. Мы работаем и играем, живем и умираем. В немалой степени это еще и история каждого автора, поскольку и в выборе объекта и в манере съемки проявляется индивидуальность фотографа: его интересы, чаяния, характер.

В фокус севильянца Карлоса Эсколастико попадает жизнь людей и среда их обитания, будь то бездомный бродяга на улице или пресловутый интеллектуал в своей крохотной загроможденной квартирке, забитой предметами искусства и книгами. Сразу для ряда фотографов, включая россиянина Валерия Орлова и ньюйоркцев Дженнифер Драккер, Артура Лейпцига, Аниту Черневски и Джил Коннор, Нью-Йорк воплощается в древнем, истрепанном непогодой облике бруклинского Кони-Айленда, в прошлом легендарного парка аттракционов рубежа 19-20 вв. Снимки Барри Корнблю, многие из которых он сделал из окна собственной квартиры в центре Нью-Йорка, отражают джазовый лик города. Фотографии Уолтера Розенблюма (1919-2006) и Артура Лейпцига переносят нас в Нью-Йорк 1940-х. Немка Керстин Дробек преображает общественные помещения, помещая в их пространство несколько срежиссированных хепенингов. Американка Марси В. Харган и поляк Збигнев Кост снимают блистательную нью-йоркскую архитектуру в разные времена года, а Эдвард Рубин наглядно доказывает, что, вопреки всем переменам, развлечения, люди и их жесты практически не меняются. Его фотография инсталляции Христо и Жанны-Клод с 7503 шафранными воротами в Центральном парке (2005), как отражение в зеркале, напоминает картину Жоржа Сёрра «Воскресный день на острове Гранд-Жатт» (1884-1886).

Адрес: Тверской б-р, 9.

В «Гараж» провели свет

Wed, 15 Jun 2011 15:19:00 +0200

В центре современной культуры «Гараж» открылась первая в России выставка знаменитого американского художника Джеймса Таррелла (James Turrell): двадцать световых инсталляций, голограмм и архитектурных макетов для грандиозного проекта в кратере Роден. В царство света погрузилась АННА ТОЛСТОВА.

Выставка начинается с последней большой работы Джеймса Таррелла — точно такую же показывают сейчас в основном проекте Венецианской биеннале. Огромная стерильно-белая комната-капсула, внутри которой человек, завороженный игрой света, медленно перебирающего все звуки гаммы цветового спектра, от алого до фиолетового, совершенно теряет чувство времени и пространства. В этой световой ванне вы перестаете ощущать свой вес и земное притяжение, превращаясь в чистое зрение, и этим чистым зрением вдруг неожиданно понимаете, что задней стенки у комнаты нет и что плотная на вид поверхность проницаема, а за ней — пустота, заполненная светом, который, кажется, можно почувствовать на ощупь.

Инсталляция имеет двойное название: «Ganzfeld / Пуруша». Первая часть напоминает, что в университете Джеймс Таррелл изучал психологию восприятия: ganzfeld effect, исследованный одним из корифеев гештальт-психологии Вольфгангом Метцгером, состоит во временной слепоте, вызванной тем, что мозг отключает однотипные сигналы, которые посылает ему глаз, долго смотрящий на однородное поле цвета,— так люди слепнут посреди снежной пустыни. И хотя сам Джеймс Таррелл постоянно подчеркивает, что в основе его опытов со светом лежат природные впечатления — то, что может увидеть пилот, летящий навстречу рассвету (художник получил пилотскую лицензию в 16 лет), или каждый, кто смотрит в бескрайнее чистое небо, любая его работа — результат точного научного расчета. Вторая часть названия отсылает к индуистской философии, к чистому духу как космическому началу, словно бы говоря, что при всей научности этих сложных инженерных конструкций из светодиодов и отражателей речь идет об искусстве родом из эпохи психоделической революции, радостно мешавшей религиозные экстазы с художественными.

Самые ранние вещи на ретроспективе — световые проекции конца 1960-х: цветные лучи, падающие на угол комнаты так, что кажется, будто в ней возникает геометрическая скульптура из света. Первую такую проекцию Джеймс Таррелл выставил в 1967 году в Художественном музее Пасадены, но ее революционного смысла тогда никто не понял. В «Гараже» можно получить представление практически обо всех жанрах, в которых работает художник. Здесь есть инсталляции, сделанные как резервуары света, обволакивающего зрителя со всех сторон. Есть театральные инсталляции, в которых зритель смотрит из темного зала на подмостки, где свет то и дело меняет роли, представая то плоскостью, то углублением. Есть целая галерея картин-голограмм. Есть еще один замечательный аттракцион — инсталляция с опять же двойным названием «Камера восприятия / Падение светового господства»: огромный металлический шар, похожий на космический спутник, внутрь которого зритель въезжает на кушетке, как пациент — в утробу магнитно-резонансного томографа, чтобы увидеть световой спектакль. И этот шар, и ассистенты в белых халатах — все похоже на сцену из какого-то научно-фантастического фильма. Джеймс Таррелл действительно немного работал в кино, в частности делал спецэффекты для «Космической одиссеи» Стэнли Кубрика.

Такой же научно-фантастический вид имеют архитектурные макеты — сооружения чистых геометрических форм, напоминающие одновременно утопии Клода Никола Леду и Николая Ладовского, которые предназначены для самого масштабного проекта Джеймса Таррелла, связанного с кратером Роден. В 1979-м художник приобрел землю с этим потухшим вулканом в Аризоне, чтобы преобразовать его в нечто вроде обсерватории, музея и храма света. Таррелловский проект наряду с такими шедеврами лэнд-арта, как «Спиральный мол» Роберта Смитсона и «Поле молний» Уолтера де Марии, поддерживает DIA Art Foundation. Хотя то, что задумано в кратере Роден, ближе все же не к лэнд-арту, а к капелле Ротко. В полотнах хьюстонской капеллы Марк Ротко смог дематериализовать цвет, освободить его от плоскости картины с тем, чтобы событие искусства происходило внутри созерцающего. Своими световыми инсталляциями Джеймс Таррелл поставил последнюю точку в истории американской абстракции: освободил свет от картины как носителя, показав его самодостаточность и материальность. Но чем более материален свет в руках художника, тем явственнее спиритуальный отклик зрителя на его работу.

Джейм Таррелл

Джеймс Таррелл: «Я отделяю пространство от времени»

Перед открытием своей выставки в «Гараже» Джеймс Таррелл поговорил о свете с АННОЙ ТОЛСТОВОЙ.

Современное искусство стремится перейти свои границы и сблизиться с театром, кино или музыкой. Вы же работаете со светом — средством выражения, характерным в первую очередь для визуального искусства. Думаете, что сугубо визуальные средства в искусстве еще не исчерпали себя?

В искусстве важен не столько формат, сколько то, что оно может нам сообщить. Я все еще люблю живопись и до сих пор нахожу в рисовании не меньше смысла, чем в конструировании световых инсталляций. Искусство боролось за свободу от ограничений, и сейчас художник может заниматься перформансом, видео и чем угодно, но часто безграничная свобода не дает сосредоточиться на чем-то одном и найти свой путь. Мне посчастливилось: меня заинтересовал свет как таковой — не свет, каким он бывает в кино или на видео, а свет, как он есть и каким его можно увидеть. Я просто хочу сказать, что иногда ограничения бывают полезны.

А как вы нашли свой путь и начали работать со светом?

Самое сложное — это понять свет как форму. Это вам не глина или воск, которые можно размять в руках. А как поймать свет? Как он работает? Я шел на ощупь, шаг за шагом. На моей московской выставке показано, как все развивалось, как от угловых проекций 1960-х я пришел к большим комнатам света вроде "Ganzfeld", которую можно увидеть также и на Венецианской биеннале. Мне очень помогли мои университетские занятия психологией восприятия. Постепенно у меня составился своего рода словарь света, но я до сих пор учусь. Много времени ушло на то, чтобы понять, что свет — это всегда пространство. Думаю, то же самое происходит и у людей, работающих со звуком, которые постепенно осознают, что звук — это акустическое поле.

По вашим работам видно, что вы изучали психологию восприятия. Но кажется, что в ваших световых инсталляциях помимо сложно выстроенных оптических эффектов есть ощущение драмы — они очень театральны. Вас интересует только оптика или другие виды восприятия тоже?

Здесь возникает и физическая реакция: вы как бы купаетесь в свете и ощущаете это глазами и кожей, почти физически. Но важна также и эмоциональная реакция: вы переживаете безвременность этого пространства, я отделяю пространство от времени. И я прекрасно понимаю, что в этом мое искусство совсем не современное. Я не занимаюсь вопросами стиля, не отвечаю на запросы эпохи — мне интересны внутренние состояния, эмоции. Как говорила мне моя бабушка, загляни внутрь себя — и увидишь свет.

Какие художники, занимавшиеся проблемой света, были важны для вас?

Тернер — он изумительный и совершено необычный. Я давно заметил, что самые чувствительные к свету художники обычно рождаются на севере, где свет — это что-то вроде драгоценности. Понимаете, Скандинавия, Британия, Нидерланды и уж тем более Россия — это совсем не то, что юг Франции. Там, где темные зимы, люди гораздо тоньше воспринимают свет. Я в некотором смысле исключение: родился в Калифорнии. Другой очень важный для меня мастер — это Ротко с его интересом к тому, как выразить возвышенное с помощью света и красок. И еще Эд Рейнхард — совершенно недооцененный художник. Мне, конечно, всегда были интересны Караваджо и караваджисты, но это типично южное восприятие света — он у них холоден и элегантен.

В классическом искусстве свет всегда был метафорой откровения и имел религиозные коннотации. Современное искусство религию, как правило, отвергает. Можно ли сказать, что ваши световые инсталляции — это своего рода храмы, возвращающие нас к религии?

В храмовой архитектуре свет всегда один из главных элементов. Вы входите в церковь, и то, как свет проникает в алтарь через витражи, сразу сообщает вам особое чувство — гораздо более сильное и властное, чем то, что возникает от чтения священных текстов. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что свет несет религиозный, идеалистический смысл, и меня это нисколько не смущает. Я из семьи квакеров и вырос в общине идеалистов, в которой идеям коммунизма, боюсь, следовали гораздо строже, чем здесь, в России, где так легко от них отказались. Впрочем, я не занимаюсь политикой или религией. Люди часто видят ослепительный свет в снах, но, когда они просыпаются, свет исчезает. Я лишь хочу, чтобы этот свет из снов оставался с нами после пробуждения, проник из идеального мира в физический. Искусство всегда об этом — о расширении физической реальности.

Джеймс Таррелл. The Wolfsburg Project

Вы обмолвились, что не занимаетесь политикой. Однако когда вы вернулись из Вьетнама, вы примкнули к пацифистскому движению, были активным борцом за мир и даже сидели в тюрьме. Вы полагаете, что политикой надо заниматься в реальной жизни, а не в искусстве?

Да, за антивоенные выступления я попал в тюрьму, это разрушило мой брак, мою семью, и я до сих пор об этом сожалею. Знаете, в жизни бывают такие моменты: вы словно бы оказываетесь на сцене, в луче света, иногда вы переигрываете, иногда недоигрываете, очень трудно найти середину. Жизнь ставит вас в такие условия, когда не участвовать в политической жизни невозможно. Хотя для искусства это не всегда полезно. Ваши великие художники Родченко, Лисицкий — они поддерживали политический режим, который в итоге их пожрал. Но чем старше вы становитесь, тем больше понимаете, что формы политической и социальной жизни постоянно меняются — смотрите, как изменилась общественная реальность с приходом электронной почты и Twitter,— а искусство в своих глубинных основах остается неизменным.

Архитектурные модели для вашего проекта в кратере Роден, которые здесь выставлены, напоминают работы архитекторов эпохи Великой французской революции — Булле, Леду…

Да, но также и Мельникова. Я очень хотел посмотреть дом Мельникова, и то, что я увидел, весьма прискорбно. Русский конструктивизм оказал такое колоссальное влияние на мировое искусство, а здесь он никому не нужен и лежит в руинах…

Да, к сожалению. Но я хотела спросить о другом. Эпохи, породившие утопическую архитектуру Леду и Мельникова, были одержимы идеей изучения света, будь то извержения Везувия или опыты с солнечной энергией. Почему утопию всегда влечет идея света?

Люди всегда стремятся к свету, в утопию, чтобы жить в соответствии с идеалами, но это редко кому удается. Моя семья жила в такой идеалистической общине, но мне пришлось уйти оттуда: они не верили в мое искусство, поскольку искусство считалось суетным занятием. Знаете, сейчас, когда я приезжаю на биеннале в Венецию, где все только и заняты что вечеринками, я, бывает, и подумаю: действительно, совершенно суетное занятие.

Можно ли сказать, что своей работой со светом вы пытались переубедить свою семью?

Боюсь, это было бы невозможно. Когда я купил землю с кратером Роден, мои родственники решили, что я наконец взялся за ум и обзавелся ранчо. И были очень разочарованы.

«Гран-парад» Федерико Феллини в Лозанне

Tue, 14 Jun 2011 16:27:00 +0200

Музей фотографии Musée de l’Elysée отмечает пятидесятилетие «Сладкой жизни» необычной выставкой, приоткрывая внутренний мир легендарного итальянского режиссера через визуальные образы: те, что возникали в воображении Феллини, не давая ему покоя, и те, которые он создавал сам, предоставляя полную свободу наваждениям подсознания...

Анита Экберг и Марчелло Мастроянни, «Сладкая жизнь», 1960 (Courtesy Collection Christophe Schifferli, Zurich)

«Мне кажется, что я все время снимал один и тот же фильм: это образы, ничего более, чем образы, которые я заснял, используя один и тот же материал, быть может, каждый раз интерпретируя его с разных точек зрения», - Федерико Феллини.

Федерико Феллини между кинематографом и фотографией: выставка, подписанная куратором лозаннского Musée de l’Elysée Сэмом Стурдзе, сама по себе представляется тонким и умным произведением искусства, а ее визуальный ряд достоин игривых фантасмагорий создателя «Сладкой жизни» и «8 ½». Афиши, отрывки из фильмов, фотографии со съемочной площадки, вырезки из журналов и газетных статей – о Феллини и сделанные Феллини, - эскизы персонажей, рисунки из знаменитой «Книги снов», неисчерпаемого репертуара навязчивых идей итальянского режиссера… В этом пестром калейдоскопе мыслей, образов, событий и эпизодов находит отражение и постепенно вырисовывается из отдельных кусочков фигура виртуозного мастера и смысл его творений, блуждающих на грани реальности и воображения, иллюзии и ее кинематографического перевоплощения.

Федерико Феллини, март 1955 г. (Courtesy Collection particulière, Paris)

Для Феллини – и Сэм Стурдзе мастерски передал это ощущение концепцией своей выставки, - кинематограф ― способ познания мира, себя, других. Отношения между образами реальности, их восприятием и созданием иллюзии остаются неоднозначными, а их интерпретация превращается в бесконечную игру. Кинематограф и его создания рассказывают о мире, не копируя реальность, а утверждая свою независимость от нее: предлагают не отображение действительности, а проекцию этого отображения. Феллини играет со значением визуального образа в современной культуре, проверяет на «вшивость» передаваемые изображением смыслы – словно измеряет границы медиатизации современной действительности, в которой любое событие так легко может превратиться в спектакль.

При таком раскладе правдивость отходит на задний план, становится второстепенной, и режиссер в своих фильмах нередко приоткрывает зрителю тайную фабрику образов, намеренно демонстрирует, как делается кино и создаются иллюзии.

В каком-то смысле, творчество Феллини исследует наше восприятие визуального мира, кажется он нам реальным или иллюзорным. В свою очередь, выставка предлагает понять Феллини через тот визуальный мир, который его окружал и создателем которого он был сам. Через этот мир, словно через призму, отражается тот век, который рождает Феллини-режиссера и его образы: век рекламы, сенсаций, прессы, телевидения, век «фабрики изображений». Одновременно «Гран-парад» возвращает зрителя к истокам мифа великого Феллини, для которого кинематограф – между реальностью и тайнами ее восприятия – становится инструментов самоанализа. Начиная с «8 ½» в творчестве режиссера наступает новая эра, в которой властвует бессознательное, а сам создатель вместе со своим подсознанием, детскими воспоминаниями, навязчивыми идеями и снами становится одним из главных сюжетов.

Итальянская афиша «Рима», 1972 (Collection Fondation Fellini pour le cinéma, Sion, courtesy Carlotta Films, Paris)

Следует ли говорить, что хронологический порядок, хотя речь и идет, в каком-то смысле, о ретроспективе, совершенно чужд такому спонтанному художнику, как Феллини? И поэтому Сэм Стурдзе решил не навязывать диктатуру дат хаотически упорядоченному творческому миру режиссера. Выставка разворачивается в четырех тематических плоскостях, по которым скользят, во встречных или противоположных направлениях, образы, вдохновлявшие Феллини или созданные им самим.

Первая часть «Гран-парада» посвящена массовой или народной культуре в творческом мире Феллини – от цирка и итальянской комедии dell'arte до варьете, комиксов, прессы, столько раз воспетой и осмеянной в творениях мастера. Не забывая о великолепном фотографе Папараццо из «Сладкой жизни», давшем имя, изобретенное Феллини, своим докучливым коллегам.

Но в начале была… карикатура. Приехав из родного Римини в Рим, молодой Феллини мечтает стать журналистом и работает одновременно для нескольких изданий, пока не обосновывается в сатирическом журнале «Marc’Aurelio». В своих карикатурах ему удается несколькими штрихами создать гротескные, яркие образы, похожие на те, что позднее населят его фильмы. Обратившись в начале 40-х к кинематографу, Феллини никогда не забросит рисование: в кармане режиссера всегда лежало несколько карандашей, и он предпочитал язык изображения логике слов, набрасывая для своей съемочной группы черты персонажа, каким он его видел, детали костюма или композицию сцены, разворачивающейся в его воображении...

Папарацци встречают Аниту Экберг в «Сладкой жизни», 1960 (Courtesy Collection Christophe Schifferli, Zurich)

Феллини неустанно экспериментирует с популярным жанром комикса (достаточно вспомнить «Белого шейха»), еще одним полюсом его творческого универсума становятся варьете, фокусники и волшебники. Несмотря на упоение бумом визуальной продукции и массовой культуры, Феллини остается скептически настроенным по отношению к некоторым ее проявлениям, в частности, телевидению, охваченному лихорадкой рекламы и жаждой быстрой прибыли. В 70-е годы в Италии начинается приватизация государственных каналов, и вскоре некий Сильвио Берлускони создает фундамент могущественной медиа-империи и ратует за обязательную рекламную паузу во время показа фильмов. Последнее не замедлит вызвать гнев Феллини, выразившим свое негодование в барочном памфлете «Джинджер и Фред».

Вторая часть выставки, «Феллини за работой», приоткрывает чудеса секретной лаборатории, в которой мастер вынашивал и смешивал возникающие в воображении образы в одном фантастическом целом. И здесь изображение выходит на первый план, а тесная связь с визуальной культурой проявляется с момента зачатия фильма до монтажа, от первой идеи ― до создания персонажей. Свои фильмы Феллини начинал с... зарисовок: «В начале каждого фильма я провожу большую часть времени за рабочим столом и занимаюсь тем, что набрасываю на бумагу рисунки, задницы и груди... Это моя личная манера начинать фильм, я его расшифровываю среди всех этих каракуль. Они похожи на нить Арианы, по которой выходишь из лабиринта»...

Федерико Феллини, «Книга снов», сон 1 апреля 1975 года (© Collection Fondazione Federico Fellini, Rimini)

Когда дело доходит до кастинга, Феллини превращает отбор актеров в отдельный спектакль. «Я даю объявление в журнале, - рассказывает режиссер, – которое ставит в известность, что Федерико Феллини готов встретиться с каждым, кто хочет его увидеть. В последующие дни я принимаю сотни людей. Ко мне являются все безумцы Рима, и полиция вместе с ними. Это особая форма сюрреалистического безумия, создающая стимулирующую творческую обстановку. Я их всех внимательно разглядываю. Я ворую частичку личности каждого посетителя… Иногда я добавляю нового персонажа в сценарий, встретив поразившее меня новое лицо… Как будто они говорят мне: «Всмотрись в нас хорошенько, каждый из нас – кубик мозаики, которую ты собираешь…»

В этой части «Гран-парада» Феллини представлены и многочисленные фотографии, которые все желающие сняться в будущем фильме отправляли режиссеру, пытаясь вызвать его интерес самыми экстравагантными позами и подписями. «Они все немножко сумасшедшие… Они говорят, что нуждаются во мне. Но на самом деле, это я в них нуждаюсь, гораздо больше…» - признается Феллини с долей смиренности. Порой реальные люди могут показаться гораздо удивительнее, чем придуманный персонаж, а море или венецианские каналы, воспроизведенные в студии, гораздо выразительнее настоящих. Для итальянского мастера кинематограф в целом ― гораздо правдоподобнее действительности: «Мне кажется, что студия – пространство, в котором образы, увиденные в воображении, можно воплотить, контролируя каждую деталь, прямо как художник, который пишет картину кистью... В той мере, в которой кинематограф является артефактом, фикцией, совершенно нормальной представляется тенденция снимать фильмы в студии. Иллюзия и вымысел достигают здесь гораздо большей точности, правдоподобия, достоверности, гораздо больше походят на тот фантастический образ, который мы вынашиваем в воображении».

Улица Via Veneto, воспроизведенная для «Сладкой жизни» на знаменитой студии Cinecittà и обладавшая всеми достоинствами оригинала, кроме наклонной поверхности, в конце концов начала казаться Феллини гораздо привлекательнее реальной. До такой степени, что он не мог избавиться от впечатления, гуляя по настоящей Via Veneto, будто это всего лишь плохая декорация, а истинная улица находится в студии номер пять. «Кроме того, я чувствую непреодолимое искушение обладать над реальной улицей той же деспотичной властью, которой я наслаждался в случае с искусственной. Сложный случай, нужно поговорить о нем с кем-то, кто понимает в психоанализе...»

Про Аниту Экберг один остроумный почитатель как-то сказал: «Ее родителям нужно было дать Нобелевскую премию по архитектуре...» Сцена из «Сладкой жизни», 1960 (Courtesy Collection Christophe Schifferli, Zurich)

Психоанализ ― еще одна галактика в космосе Феллини и еще один раздел на выставке Сэма Стурдзе. Режиссер искренне восторгается идеями Юнга, предоставляющими теоретическую базу его кинематографическим экспериментам с подсознанием. Психоанализ привлекает, прежде всего, мыслью о том, что содержащиеся в снах идеи – не просто трансформация воспоминаний, а носители совершенно новых, свежих образов, никогда еще не пересекавших порога сознания. С начала 60-х годов и в течение тридцати лет Феллини, по совету знакомого психоаналитика, последователя Юнга, зарисовывает и записывает свои сновидения, выкладывая на бумагу навязчивые идеи, страхи, тревоги. Его «Книга снов», хотя и заполняется нерегулярно, становится творческой лабораторией, в которой Феллини набрасывает формы, истории, сюжеты, развивает их в рисунках и воображении. Эти тетради были для режиссера упражнением, как для музыканта – гаммы, с помощью которых он поддерживает свое мастерство.

В «Книге снов» можно найти все те «задницы» и «сиськи», с которых начинается работа Феллини над фильмами, по его собственным словам. Так что сомневаться в подлинности процесса не приходится. Впрочем, женщинам, формы которых принимают «каракули», на «Гран-параде» посвящен отдельный эпизод, озаглавленный в честь одноименного фильма: «Город женщин». Стоит ли перечислять всех тех див, которые населяли это чудное место в воображении Феллини? Тем более что женщина и кинематограф, как ни странно, связаны в сознании режиссера: «Кинематографический ритуал в глубине своей необычайно женственный. Эта манера быть вместе в темноте, в почти плацентарной обстановке, эта игра тени и света, эти крупные планы, чудесно преображенные», - комментировал Феллини свой фильм. - «Кстати в кино речь идет о проекции, не правда ли? А женщина – не представляется ли она мужчине неким экраном, на который он проектирует свои фантазмы?»

Джульетта Мазина в фильме «Дорога» (La Strada), 1954 (Courtesy Collection Fondation Fellini pour le cinéma, Sion)

Единственная, кого нельзя найти в «Городе женщин», - Джульетта Мазина, «дорогая» Джульетта Феллини. Ей, как истинной музе и любви, отведено совершенно особое место – рядом с художником, в завершающей части выставки: «Биографический вымысел».

Ну а что же цирк и «Гран-парад»?

Название выставки, несомненно, подтверждает то неоспоримое значение, которое в становлении мифа Феллини играли балаган и цирковое представление. Рассказывая о своем первом походе в цирк маленьким мальчиком, режиссер вспоминает, что испугался клоунов, их экспрессивных масок, дьявольского смеха и шума… Видимо, впечатление, хоть и неоднозначное, оказалось настолько сильным, что бурлескные персонажи впоследствие сопровождали его во всех фильмах. Кроме того, сама жизнь на съемочной площадке, с труппой, напоминает режиссеру жизнь бродячих циркачей.

Странные персонажи - несомненно, наследники тех самых клоунов, - становятся неизменными гостями Феллини, делают узнаваемым его стиль, балансирующий между карнавалом и двором чудес ― так, что кинематограф превращается в цирк, а жизнь ― в великолепный «Гран-парад»: «Я посмотрел на шапито как на фабрику чудес, место, где реализуются самые невероятные вещи… Я хочу сказать, что этот тип спектакля, основанный на изумлении, фантазии, грубой шутке, небылице, отсутствии интеллектуальных смыслов ― именно тот спектакль, который мне подходит».

World Press Photo 2011 на «Красном Октябре»

Wed, 08 Jun 2011 19:27:00 +0200

Фонд «Объективная реальность» представляет выставку победителей всемирного конкурса фотожурналистики WORLD PRESS PHOTO 2011.

С 10 июня по 10 июля 2011 выставку World Press Photo можно будет снова увидеть в Москве на «Красном Октябре». Вслед за этим выставка впервые будет демонстрироваться в Самаре и Казани. В эту уникальную путешествующую выставку входит почти 200 работ победителей самого престижного в мире конкурса фотожурналистики World Press Photo, финал которого в 54-й раз прошел в феврале 2011 года в Амстердаме. Выставка отражает самые важные мировые события 2010 года.

Каждый год международное независимое жюри, состоящее из профессиональных фотографов и фоторедакторов СМИ, оценивает работы претендентов в 9-ти различных категориях, представленные фотожурналистами, агентствами, газетами и журналами со всех уголков света. За две недели работы члены жюри отсмотрели рекордное количество фотографий – 108 059. В конкурсе принял участие 5 691 фотограф из 125 стран мира.

World Press Photo – Фотография года 2010. Джоди Бибер, Южная Африка, Institute for Artist Management/Goodman Gallery для Time.

Лауреатом первой премии этого года – «Фотография года» – названа фотограф Джоди Бибер (Jodi Bieber) из Южной Африки. На ее фотографии 18-летняя Биби Айша из провинции Орузган в центральном Афганистане сбежала из дома мужа и вернулась в дом своих родителей, жалуясь на жестокое обращение. Однажды ночью талибы явились в дом ее родителей и потребовали выдать Айшу, чтобы наказать за побег. Ее увели в горы, где по приказу командира талибов сначала отрезали уши, а затем нос. Айшу бросили умирать в горах, но ее спасли и привезли в убежище для женщин, созданное организацией «Женщины для женщин Афганистана», вылечили и оказали психологическую помощь. Позднее Айше помогли приехать в Америку, где ее не только морально поддержали, но и сделали восстановительную пластическую операцию. Сейчас Биби Айша живет в США.

Джоди Бибер получила восемь наград на предыдущих конкурсах World Press Photo. Она – второй фотограф из Южной Африки, удостоенный высшей награды World Press Photo. Работы Бибер представлены Goodman Gallery и Institute for Artist Management.

Вот комментарии членов жюри о победившей фотографии:
Председатель жюри Дэвид Бернетт: «Этот снимок может стать одним из тех редких – а нам, возможно, доводится увидеть не больше десяти за всю жизнь, – про который скажут только: “Знаете, та фотография девушки…” – и вы безошибочно поймете, о какой фотографии идет речь».

Рут Эйхорн: «Это удивительно сильный снимок. В нем содержится мощное послание всему миру, половину населения которого составляют женщины, многие из них до сих пор живут в ужасающих условиях, подвергаясь насилию. Женщина на фотографии полна чувства собственного достоинства, и в этом ее сила».

Винс Алетти: «Это потрясающая, необыкновенная фотография, она заставляет ужаснуться. Она говорит необычайно много не только об этой женщине, но и о положении женщин в мире».

Эйдан Салливан: «Одна из задач конкурса World Press Photo – показать фотографии большему числу зрителей, которые захотят понять, что произошло. И эта фотография заставляет людей спрашивать, как такое могло случиться? Почему это возможно? Что происходит? Эта фотография ставит перед нами самые важные вопросы».

1-е место / События / одиночные фотографии. Рикардо Вентури, Италия, Contrasto. Девочка смотрит, как горит старый Железный Рынок, Порт-о-Пренс, Гаити, 18 января 2010.

Работа жюри конкурса на две недели собрала вместе 19 фоторедакторов, фотографов и представителей новостных агентств со всего мира. В 2011 году специализированное жюри отбирало работы в категориях «Спорт», «Природа» и «Портреты».

После принятия решений о победителях международного фотоконкурса World Press Photo, жюри решило отметить Специальным упоминанием серию из 12 фотографий, сделанных чилийскими шахтерами, засыпанными в шахте в Сан Хозе после обвала горных пород. До своего спасения 13 октября шахтеры находились в заточении на глубине 700 метров в течение 69 дней. Фотографии показывают, в каких тяжелых условиях находились шахтеры в течение всего этого времени. На одной из них, видно, что Едисон Пенья, бегун, не прекратил упражняться даже под землей. Писатель Дэн МакДугалл и фотограф Адам Паттерсон провели много времени с членами семьи Пенья до того, как шахтеры были спасены, и наладили с ним переписку. МакДугалл и Паттерсон смогли передать Пенья пару кроссовок для бега и маленькую цифровую камеру по узкой трубе, проложенной для связи с находящимися под землей шахтерами.

Член жюри Абир Абдулла пояснил: «Специальное упоминание предоставляет возможность отдать должное гражданской журналистике. Современные технологии, позволяющие людям регистрировать события там, где не оказалось фоторепортеров, открыли новую эру, в которой любители бросают вызов профессионалам, и фотографии, сделанные шахтерами, – хороший пример таких снимков».

В этом году победителями в 10-ти номинациях признаны 55 фотографов из 23 стран: Австралии, Бангладеша, Бразилии, Канады, Китая, Дании, Франции, Германии, Гаити, Гонконга, Венгрии, Индии, Индонезии, Ирландии, Израиля, Италии, Мексики, Нидерландов, Польши, Сомали, Южной Африки, Испании и США.

1-е место / Повседневная жизнь / одиночные фотографии. Фейсал Омар, Сомали, для Reuters. Человек несет акулу по улицам Могадишо, Сомали, 23 сентября 2010.

Фонд World Press Photo существует с 1955 года под покровительством принца Королевства Нидерландов и предоставляет уникальную площадку для независимой фотожурналистики и свободного обмена информацией. World Press Photo во многом определяет современную ситуацию на рынке фотографии в СМИ, а также на новых, нетрадиционных для фотожурналистики рынках – среди гуманитарных организаций, корпораций и книжных издательств, в рекламной индустрии. Международный успех выставочной программы World Press Photo иллюстрирует коммуникативные возможности фотографии, не зависящие от политических и культурных барьеров. Выставка World Press Photo в этом году будет показана в 100 городах по всему миру, от Голландии до Японии.

Фонд «Объективная реальность» совместно с Global United Services уже пятый год подряд привозит выставку лауреатов World Press Photo в Россию, сделав это событие ежегодной традицией. В 2011 году со-организатором выставки выступило Российское агентство международной информации РИА Новости.

В этом году издательство Леонида Гусева и Милы Сидоренко «Treemedia» впервые публикует каталог выставки на русском языке.

Публичные лекции фотографов победителей World Press Photo 2011 Джоди Бибер (Южная Африка) и Шеймуса Мерфи (Ирландия) пройдут 10 июня 2011 года c 18.00 до 22.00 в рамках образовательной программы Фонда «Объективная реальность» [OR]EDU в дни проведения выставки победителей всемирного конкурса фотожурналистики World Press Photo.

Вход свободный по предварительной регистрации. Зарегистрироваться можно здесь.

Шеймус Мерфи получил шесть наград World Press Photo, победил в международном конкурсе Picture of the Year и получил грант Юджина Смита. Работы Мерфи были опубликованы в ведущих мировых журналах, например The New York Times Magazine, The New Yorker, Time, Newsweek, National Geographic Adventure, Stern, Geo, The Guardian Magazine, The Sunday Times Magazine, The Daily Telegraph Magazine и The Independent Magazine. Помимо фотографии Шеймус серьезно занимается видео, например, он cрежиссировал и снял 12 клипов на песни из последнего альбома PJ Harvey.

Джоди Бибер получила первую премию World Press Photo этого года. Ее фотографии 18-летней Биби Айши была названа лучшей фотографией этого года. Первая персональная выставка Джоди Бибер состоялась на фестивале Visa pour l’Image в Перпиньяне в 2002 году, и с тех пор ее работы широко экспонировались по всему миру. Она получила восемь премий конкурса World Press Photo и множество других наград. Последней из полученных ею премий стал Приз Европейского Союза (Prix de l’Union Européenne) на Африканской Биеннале по Фотографии Rencontres de Bamako Biennale Africaine de la Photographie в ноябре 2009.

Aдрес: Москва, Институт Медиа, Архитектуры и Дизайна «Стрелка», Берсеневская наб., 14, строение 5

1-е место / Люди и события / серии. Дэниел Берехулак, Австралия, Getty Images. Наводнение в Пакистане, Август-сентябрь 2010: Жертвы наводнения пытаются добраться до продовольствия, борясь с воздушными потоками от винтов военного вертолета, доставившего гу

О Фонде «Объективная реальность»

Фонд «Объективная реальность» — российская некоммерческая организация, работающая в сфере развития визуальной коммуникации и поддержки фотографического сообщества с 2001 года. Основная цель Фонда — формирование максимально широкой географической, социальной и профессиональной среды для общественно значимой фотографии и новых медиа. Фонд осуществляет документальные, выставочные и образовательные проекты в России и за рубежом.

Адрес: Москва, «Красный Октябрь», Шоколадный Цех, Берсеневский переулок, д.2, стр.1

40 ЛЕТ НЕМЕЦКОГО ВИДЕОАРТА. RECORD AGAIN!

Wed, 08 Jun 2011 09:26:00 +0200

14 июня – 24 июля в московском ГЦСИ в рамках фестиваля видеоарта FOCUS пройдет выставка 40 ЛЕТ НЕМЕЦКОГО ВИДЕОАРТА. RECORD AGAIN!

Выставочный проект «40 лет немецкого видеоарта» включает работы периода между 1960–70 годами ХХ века, стоящими на грани между кинематографом и видеоартом. Этот антагонизм являлся наиболее заметным и актуальным визуальным контекстом в видеоарте конкретного периода. Закономерный процесс архивации, который возникает на платформе сообщения между видеоартом и кинематографом, имеет несколько этапов: видео как медиум, документация и медиа между художником и реальностью. Разные степени использования видеоарта являются наиболее интересным процессом с точки зрения экспозиционного исследования. Выставочный зал ГЦСИ на время проекта превращается в исследовательскую лабораторию, в которую погружается зритель.

Вторая часть проекта - Record again! – концентрируется на раннем периоде развития видеоарта. «Record again! 40 лет немецкого видеоарта. Часть 2» был реализован ZKM, Карлсруэ, в сотрудничестве с музеями Людвиг Форум, Аахен, Кунстхаус Дрезден и Центром Медиа-Арта Эдит Рус Хаус, Ольденбург, при поддержке Федерального фонда культуры Германии. В проекте представлено более 40 работ.

В 2007 году Государственный центр современного искусства и Немецкий культурный центр им. Гете в Москве представили публике выставочно-образовательный проект «40 лет немецкого видеоарта. Часть 1», объемную подборку одноканальных видео, созданных в Германии в период с 1963 до 2004 года.

Кураторы Петер Вайбель и Кристоф Блазе из Центра искусств и медиа-технологий ZKM в Карлсруэ уделили особое внимание спасению редких и находящихся в угрожающе плохом состоянии работ, многие были реставрированы и оцифрованы специально для этого проекта. Его название отражает технические аспекты (не-)доступности старых пленок. Многие из них сохранились, но их нельзя посмотреть, потому что исчезла техника, на которой они могут быть показаны. На выставках 2009-2010 гг. в ZKM, Карлсруэ, Людвиг Форуме, Аахен, Кунстхаус Дрезден и Центре Медиа-Арта Эдит Рус Хаус, Ольденбург, работы были показаны при помощи антикварной исторической видеотехники, чтобы выявить особенности восприятия видеоарта в раннюю эпоху его существования.

Участники: Йозеф Бойс/Joseph Beuys, Марсель Оденбах/Marcel Odenbach, Клаус фом Брух/ Klaus vom Bruch, Ульрике Розенбах/Ulrike Rosenbach, Нам Джун Пайк/Nam June Paik, Герри Шум/Gerry Shum.

Куратор: Карина Караева.

В рамках выставки в малом зале ГЦСИ пройдут кинопоказы, лекции и творческие встречи:

15 июня, среда, 19.00 Сабине Химмельсбах/Sabine Himmelsbach (Германия)
17 июня, пятница, 19.00 Ларс Хенрик Гасс/Lars Henrik Gass (Германия)
27 июня, понедельник, 19.00 Альберт Серра/Albert serra (Испания)
15 июля, суббота, 19.00 Юлика Руделиус/Julika Rudelius (Королевство Нидерландов)

Адрес: Зоологическая улица, дом 13, строение 2

«Шедевры XX века из коллекции Института современного искусства Валенсии (IVAM)»

Fri, 03 Jun 2011 17:37:00 +0200

Московский музей современного искусства представляет выставку «Шедевры XX века из коллекции Института современного искусства Валенсии (IVAM)» с 8 июня по 30 октября 2011 на Петровке.

Эд Рейнхардт. Абстрактная картина, 1940 Холст, масло / Ad REINHARDT Abstract Painting, 1940 Oil on canvas

Выставочный проект «Шедевры XX века из коллекции Института современного искусства Валенсии (IVAM)» проходит в рамках года Россия – Испания 2011 при поддержке Посольства Королевства Испании в России. Представленные работы являются достоянием не только Валенсии и Испании, но и всего мира.

Список художников включает и тех, чьи работы уже успели стать классикой XX века, и тех, кто сегодня находится на острие творческого процесса. Среди них Георг Базелиц, Джон Балдессари, Константин Бранкузи, Джаспер Джонс, Марсель Дюшан, Пауль Клее, Александр Колдер, Анри Матисс, Хуан Миро, Брюс Науман, Пабло Пикассо, Зигмар Польке, Роберт Раушенберг, Александр Родченко, Джеймс Розенквист, Ман Рэй, Ричард Серра, Антони Тапиес и многие другие. Представленные работы очень разные по стилю и сюжету, происхождению и настроению; они наглядно воплощают многогранность визуальной культуры XX века.

IVAM (InstitutoValencianodeArteModerno), открытый в 1989 году, стал первым музеем современного искусства на территории Испании. Появление IVAM ознаменовало новый этап в культурной жизни Валенсии и стало событием мирового значения в сфере современного искусства. Его собрание произведений XX и XXI веков высоко ценится во всем мире и ежегодно привлекает огромное количество посетителей.

Символично, что коллекции IVAM и Московского музея современного искусства во многом близки друг другу. Каждая из них насчитывает свыше 10 000 экспонатов и стремится представить панораму современного искусства во всем его разнообразии, но с непременным акцентом на национальном наследии. Не случайно именно Московский музей современного искусства был выбран местом проведения столь значимой выставки.

Роберт Раушенберг Тени, 1964 Плексиглас, литография, металлический каркас и лампочка / Robert RAUSCHENBERG 29.7 x 37 x 38.3 cm. Shades, 1964 Lithograph on plexiglas on metal support and a lightbulb

Коллекция IVAM дает обширное представление как о достижениях авангарда первых десятилетий ХХ века, так и обо всех художественных течениях послевоенного времени. Ключевое место в собрании занимает творчество Хулио Гонсалеса — новаторского испанского художника и скульптора первой половины прошлого столетия. В фондах IVAM находится наиболее богатое собрание его произведений. Творчество Хулио Гонсалеса в сочетании с работами уругвайского художника начала ХХ века Торреса Гарсии открывает выставку в Московском музее современного искусства. В первых залах экспозиции также представлены произведения самых смелых экспериментаторов 20-х и 30-х годов — кинетические скульпторы Александра Колдера, инсталляции Курта Швиттерса и МанРэя, абстракции ФрантишекаКупки, а также работы классиков сюрреализма и дадаизма — Хуана Миро, Марселя Дюшана, Андре Массона, ХансаАрпа.

Далее выставка представляет экспериментальные течения послевоенного времени, которые позволили художникам того времени выразить абсолютно новое мироощущение. Здесь присутствуют работы как европейских мастеров Антони Тапиеса, Антонио Сауры, Карела Аппеля, Эда Рейнхардта, Пьера Сулажа, так и великих американцев Джаспера Джонса, Роберта Раушенберга, Ричарда Серра, Роберта Смитсона. Здесь также представлены произведения американских представителей поп-арта Ричарда Гамильтона, Джеймса Розенквиста и более поздних европейских художников этого направления — ЭдуардоАрройо, группы «ЭкипоКроника» и других.

Начиная с 80-х годов, художники стали активно использовать новые материалы, новые технические приемы и электронные механизмы. IVAM не мог не отреагировать на появление новых художественных веяний, и в его коллекции появились работы таких авторов, как Андре Альфаро, МикельНаварро, Джон Дэвис, Брюс Науман, Магдалена Абакановиц, КристианБолтански, ЭдуардоЧилидо, Хуан Усле часть из которых присутствуют на выставке «Шедевры ХХ века». Искусство послевоенного времени также представлено на выставке произведениями Анри Матисса и Пабло Пикассо.

Поскольку в IVAM хранится самое значительное и ценное собрание фотографии на территории Испании, отдельный раздел экспозиции посвящен фотоискусству прошлого столетия. Среди прочих фото-шедевров ХХ века будет представлена одна из работ великого русского фотографа Александра Родченко.

Пабло Пикассо Художник за работой, 1964 Бумага, гуашь 96.8 x 72.3 cm. / Pablo PICASSO Painter at Work, 1964 Gouache on paperD.T.012.2002 (Nº Cat. FT 449)

По словам куратора Франциско Харауты, выставка избранных произведений из собрания IVAM в Московском музее современного искусства дает возможность проследить историю искусства XX века, не оставляя без внимания ни один из составляющих ее периодов. Сама история возвращает нас к моментам, отмеченным обстоятельствами и событиями, которые поменяли направление развития искусства, изменяя его средства в соответствии с нервом каждой эпохи.

Главная задача проекта — не что иное, как открытие полноценного диалога между коллекциями и концепциями двух музеев, различными, но дополняющими друг друга. На данном этапе сотрудничество IVAM и ММСИ не заканчивается. Летом 2012 года в Институте современного искусства Валенсии пройдет ответная выставка «Эпоха открытий: художники русского авангарда» из коллекции Московского музея современного искусства.

Куратор - Франциско Хараута — профессор философии в Университете Мурсии. Также он проводит курсы лекций во многих университетах Европы и Америки. Хараута — член консультативного совета IVAM, вице-президент совета попечителей Центра искусств Королевы Софии. Франциско Хараута — не искусствовед в привычном смысле этого слова, а философ, который занимается теорией и историей идей в сфере культуры и изобразительного искусства. Кураторский выбор работ должен представить посетителям музея наиболее полный и интересный взгляд на искусство XX века.

Адрес: Петровка, 25

Выставка люминографии на тему «Соляриса» открылась в Иваново

Thu, 26 May 2011 02:20:00 +0200

Московские фотохудожники Артем Долгополов и Роман Пальченков, создающие работы в технике люминографии, открыли в среду выставку работ по мотивам фильма Андрея Тарковского «Солярис» в Ивановском художественном музее, приуроченную к кинофестивалю «Зеркало».

Люминография, или фризлайт (от английского freeze light — «застывший свет) — это такая техника фотографии, в которой образы создаются при помощи движущихся источников света, снятых на длинной выдержке. Полтора десятка из представленных на экспозиции снимков созданы специально для нее по мотивам фильма «Солярис».

«Мы используем фото как технологию фиксации изображения, но создаем работы вручную, применяем фонарики как кисть, а свет как масло, как краску. Нам предложили к кинофестивалю сделать работы на тему творчества Тарковского, мы выбрали „Солярис“, потому что этот фильм — богатая почва для осмысления человеческих отношений и простор для творчества», — рассказал Пальченков РИА Новости.

Артем Долгополов добавил, что «Солярис» особенно понравился им тем, как в нем показан внутренний мир героев. «Мы с помощью света попытались вывернуть наизнанку эти психологические составляющие», — пояснил он.

Большинство работ создано с искусственными источниками света — в частности, светодиодными фонариками, но есть картины, где фотохудожники использовали восковую свечу.

На выставке есть и другие их работы — в частности, проект, созданный совместно с Эрмитажем. В нем авторы при помощи света и камеры воссоздали образы известных полотен французских импрессионистов.

Долгополов и Пальченков также дадут бесплатные мастер-классы вечером 9 и 10 июня в Ивановском художественном музее.

«Не удивляйтесь, если после мастер-классов по городу Иваново будет ходить люди и махать хаотично в воздухе фонариками — это будут фризлайтеры», — сказал на открытии выставки Долгополов.

Кинофестиваль «Зеркало» пройдет по 29 мая. В его конкурсе — девять картин, снятых в Германии, Венгрии, Китае, Нидерландах, Чили, Корее, США и других странах. Картина «Пережить жизнь (Теория и практика)» (Surviving Life) чеха Яна Шванкмайера (Jan Svankmajer) будет показана вне конкурса в международной официальной программе. В рамках фестиваля также пройдут программа нового российского кино «Свои», панорама документальных лент «Рождение искусства», программы зарубежной и российской анимации, видеоарта, короткометражек, любимых лент самого Тарковского. Андрей Тарковский родился 4 апреля 1932 года в городке Юрьевец в 170 километрах от города Иваново. Среди его самых известных работ — фильмы «Зеркало», «Ностальгия», «Сталкер», «Жертвоприношение», «Андрей Рублев», «Солярис». Фестиваль его имени ежегодно проходит на родине режиссера в Ивановской области с 2007 года, кинопоказы идут в шести городах региона.

«Рациональное и видимое» в ММСИ

Thu, 26 May 2011 00:59:00 +0200

В Московском музее современного искусства на Петровке с 31 мая по 10 июля пройдет выставка итальянского художника Агостино Боналуми «Рациональное и видимое».

Это первая персональная выставка в России одного из крупнейших итальянских художников второй половины XX века Агостино Боналуми (Agostino Bonalumi), художественные искания которого по сей день не потеряли своей актуальности. Представленные на выставке шестьдесят работ Боналуми отражают вехи его творческого пути, начавшегося в 1958 году в Милане, в содружестве с Мандзони и Кастеллани и под влиянием Лучо Фонтана.

Агостино Боналуми – итальянский художник. Один из самых знаменитых в мире, художник мирового значения, но именно итальянский. Боналуми уже вошел в историю искусств – за его плечами более чем полвека художественного созидания. Как ни актуальны последние работы художника, как ни изумляют они своей цельностью и оригинальностью, все же вести серьезный разговор о его творчестве возможно лишь начав издалека, начав с особого для него места и времени, с некой точки «икс», расширявшейся как диафрагма фотоаппарата, пока не оказалось, что художественный вклад Боналуми – среди ключевых итогов одного из удивительнейших по своей яркости и силе периода развития мировой живописи. Теперь, изучая Боналуми, мы можем вглядываться в прошлое без ностальгии, ведь сам предмет нашего изучения – логическое и загадочное порождение тех лет.

«Боналуми, – пишет Клаус Вольберт, директор Музея «Матхильдернхёе» в Дармштадте, – один из тех художников, что изменили саму панораму художественной жизни. В свою очередь, это привело к кардинальной смене представления о том, что же выражается произведением искусства».
Искусствовед Маурицио Кальвези пишет о художнике: «Он хранит верность своей изначальной, неизменной концепции, все его творчество – вариации формы или, в философском смысле, «метаформы».
Выставка пройдет в одном из самых важных российских музеев в рамках программы культурных мероприятий, приуроченных к Году итальянской культуры в России и русской культуры в Италии. Эту масштабную программу откроет выставка одного из своеобразнейших представителей соцреализма Александра Дейнеки в Риме и завершит выступление балетной труппы театра «Ла Скала» на сцене Большого театра в Москве.
Выставку Агостино Боналуми составят, в основном, работы последних лет; основная ее тема – развитие упомянутой выше концепции живописи, которая позволила художнику разработать собственную технику: Боналуми использует особую взаимосоотнесенность выпуклых и вогнутых форм и особую визуальность трехмерности.

Адрес: Петровка, 25 (3 этаж)

Андрей Хржановский. Мультипликация как образ

Wed, 25 May 2011 07:56:00 +0200

В московском ГЦСИ с 27 мая по 12 июня пройдет выставка Андрея Хржановского «Андрей Хржановский. Мультипликация как образ». Также состоится 2 встречи с автором.

Андрей Хржановский

Мультипликатор Андрей Хржановский много и часто сотрудничает с художниками. Его друзьями являются Владимир Янкилевский, Юло Соостер и другие. В рамках выставки в Малом зале ГЦСИ будут показаны эскизы к фильмам «Лев с седой бородой», «Стеклянная гармоника», «Жил-был Козявин» и другим, а также представлены рисунки и рабочие материалы к фильму «Полторы комнаты».

В рамках выставки 27 мая 2011 в Малом зале ГЦСИ состоится показ мультфильма «ЖИЛ-БЫЛ КОЗЯВИН» и встреча с АНДРЕЕМ ХРЖАНОВСКИМ.

Над фильмом работал художник Николай Попов. Визуальная структура фильма, напоминающая работы нон-конформистов, является наиболее интересным образным экспериментом в творчестве Андрея Хржановского. Автор расскажет, о работе в содружестве с художниками Юло Соостером, Владимиром Янкилевским и Юрием Соболевым.

Начало в 19.00. Вход по пригласительным билетам.

3 июня 2011 в Малом зале ГЦСИ состоится кинопоказ фильма «ПОЛТОРЫ КОМНАТЫ, ИЛИ СЕНТИМЕНТАЛЬНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ НА РОДИНУ» и встреча с кинорежиссером и художником.

Кадр из фильма «Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на родину»

Фильм повествует о реальных событиях в жизни поэта Иосифа Бродского. Художественные достоинства фильма соотнесены с эпохой, в которой жил поэт, однако Андрей Хржановский включает рисунки Бродского и показывает их как самостоятельные произведения. В рамках показа Хржановский расскажет о собственном переживании поэзии Бродского и законах игрового фильма в условиях анимации.

Техническое воплощение фильмов Хржановского поражает своей тщательностью и особым отношением к образу - мультипликатор дорисовал рисунки Иосифа Бродского и потом использовал их в художественной биографии поэта.

Начало в 19.00. Вход свободный.

Адрес: Зоологическая 13

Крупнейшая выставка «мультиков»

Tue, 10 May 2011 03:04:00 +0200

В Лондонской Галерее Искусств Барбакан (Barbican Art Gallery) состоится крупнейшая за последние 150 лет выставка анимационных фильмов.

Выставка «Watch Me Move» («Смотри, как я двигаюсь») объединит пионеров мультипликационного кино, независимых кинорежиссёров и современных художников-аниматоров, а также креативные работы коммерческих студий, таких как Walt Disney, Aardman, Hanna-Barbera и Pixar.

Выставка посвящена тонкостям взаимоотношений между анимацией и кино. Публике будут представлены более 170 произведений: от культовых клипов до менее известных шедевров. Посетители также смогут увидеть кукол, реквизиты и декорации, раскадровки, проволочные каркасы для визуализации изображения, прорисовки фона и отдельных кадров. Семь секций выставки будут посвящены истории анимации, начиная с первых научных экспериментов с фотографией и до новейших современных компьютерных образов.

Центр Барбакан (Barbican Centre) открыт ежедневно, вход бесплатный.

Выставка «Watch Me Move: The Animation Show» пройдет в Галерее с 15 июня по 11 сентября 2011 года: с 11:00 до 20:00 (среда – до 18:00, вторник – до 22:00).

Стоимость посещения при покупке билета он-лайн – £10, в кассах – £12, льготный билет – £7/£8, детям до 12 - бесплатно.

Barbican Art Gallery располагается по адресу: Silk Street London EC2Y 8DS.

В Эйн-Хароде до 31 мая проходят 2 выставки Амоса Гитая

Wed, 04 May 2011 02:34:00 +0200

Амос Гитай (Amos Gitai), самый, пожалуй, известный на сегодня израильский режиссер, создатель идейного, политически ангажированного кино, представляет на сей раз не фильм, а две выставки.

Составленные из кино-отрывков, видео-инсталляций, архивных и фотоматериалов, документов, книг, писем, они называются «Следы» и «Письма». Две выставки — как две монографии, две работы с архивными материалами с новыми комментариями.

«Следы» и «Письма» Амоса Гитая в музее кибуца Эйн-Харод посвящены памяти его родителей — архитектора Мунио Гитай-Вейнрауба и Эфратии Гитай. Выставки уже демонстрировались в Париже в «Токийском дворце», а с конца апреля смонтированы в Центре искусства кибуца Эйн-Харод — «Мишкан ле-оманут» в Изреэльской долине.

«Письма» и «Следы» — необычный диалог, без дисгармонии и сентиментальности, посвященный памяти родителей, диалог между Гитаем и ушедшим поколением, между старыми, уже плохо слышными рассказами и новой их интерпретацией, диалог, воплощенный в различных медиях: кино, фотографиях, саунд-треке.

В 1930-е годы Мунио Вейнрауб был студентом высшей школы строительства и художественного конструирования «Баухауз» в Дессау, закрытой Гитлером в 1933 году. Идея о создании выставки пришла Гитаю в голову, после того как он обнаружил у своей матери — Эфратии Гитай — документы, среди которых оказалось и заключение о том, что его отец попал в тюрьму «за предательство немецкого народа». «Последние годы я сконцентрировал свою работу на жизни моей семьи — через письма матери в фильме „Кармель“ и через творчество отца, — говорит Гитай. — Большинство моих работ обычно посвящены каким-то конкретным событиям, но сейчас все происходящее настолько хаотично, что я решил обратиться к внутреннему миру родителей». «Мне кажется, что своими судьбами они прочертили определенную линию, которая позволит сделать выводы об истории, даже если я просто расскажу об их жизни», — говорит он.

На выставке «Следы» представлены 13 видеоработ, девять из них — это отрывки из фильмов Гитая, а один из фильмов, завершенный в конце 2010 года, посвящен именно Мунио Вейнраубом.

«Письма» — рассказ о матери Амоса Гитая, представленный через письма, посланными ею в свое время родным и близким. Одновременно с открытием выставки в Израиле издательством «Едиот Сфарим» выпущена книга «Эфратия Гитай. Письма. 1929 — 1994». Издание на иврите вышло после французского перевода этой книги в Париже («Галимар»).

Личная корреспондениця Эфратии Гитай стала историческим документом и художественными фрагментами, письма превратились в тексты, иллюстрирующие жизнь этой незаурядной женщины. «Сегодняшние поколения израильтян слишком быстро все забывают. Эти выставки — не только память о моих родителях, но и напоминание о том, что родина — понятие и географии, и времени» — говорит Амос Гитай.

Выставки «Следы» и «Письма» открыты до 31 мая.

Часы работы музея «Мишкан ле-Оманут» в Эйн-Харод: с воскресенья по четверг с 9.00 до 16.30, по пятницам — с 9.00 до 13.30, по субботам — с 10.00 до 14.30.

Как выросли уши у Чебурашки

Tue, 26 Apr 2011 02:52:00 +0200

В Москве в «Галерее на Солянке» до 29 мая проходит выставка «Шварцман, который нарисовал Чебурашку».

Он создал и Снежную королеву, и Попугая с Удавом, и Котенка по имени Гав, и варежку, которая стала щенком. А выставка, посвященная 90−летнему юбилею художника, называется «Шварцман, который нарисовал Чебурашку».

Леонид Аронович Шварцман, точнее «Леля», как его называют коллеги, вне зависимости от возраста, не просто известное, а священное в кругу аниматоров имя. А большинству зрителей оно ни о чем не скажет. Вот почему в названии выставки потребовалось уточнение: «Шварцман, который нарисовал Чебурашку», а также героев из «38 попугаев», «Котенка по имени Гав» и «Снежной королевы», «Аленького цветочка», гениальной «Варежки». И еще принял участие в семи десятках мультфильмов в качестве художника-постановщика, режиссера, и, прежде всего, создателя персонажей.

Творческая биография Леонида Шварцмана — это фактически история «Союзмультфильма» (недаром эмблемой студии был его Чебурашка). Он пришел туда в 1948 году и сделал свой последний фильм в 2001−м. То есть выражение «несколько поколений выросло на его фильмах» в данном случае нисколько не преувеличение.

Крокодил Гена и Чебурашка копии кукол из серии мультфильмов про Чебурашку. Фото: Е.Левичев

На выставке представлено более 250 экспонатов: эскизов, раскадровок, кукол, собранных из личного архива автора, его коллег, из музеев — от «Аленького цветочка» (1952), с которого начался период работы Шварцмана в качестве художника-постановщика в творческой группе Льва Атаманова. И по сей день он вспоминает то время как самое счастливое. И до последней серии «Обезьянок», снятой в 1997 году. Среди работ нет ни одной копии, даже куклы оригинальные, авторские экземпляры. Есть даже настоящий «боевой» Чебурашка, который играл в серии про школу — по нему видно, какой нелегкий труд у кукольного артиста. Экспонаты снабжены интереснейшими комментариями и воспоминаниями художника, как можно безошибочно догадаться по его созданиям, человека необыкновенной культуры, юмора и доброты.

Под дождем эскиз к м/ф «Котенок по имени Гав». Фото: Е.Левичев

В отличие от некоторых коллег (например, его ученика и сотрудника по многим фильмам Юрия Норштейна, который признавался, что поначалу недолюбливал мультипликацию и работал в «Союзмультфильме» вынуждено), Леонид Шварцман выбрал специализацию вполне осознанно. Однажды, сразу после войны, он попал на сеанс, где показывали трофейные мультфильмы. Среди них был диснеевский «Бэмби». Леонид Аронович вспоминает до сих пор, как его сосед шептал жене: «Ты посмотри, до чего дошло искусство дрессуры».

Впрочем, Шварцман, чем бы он ни занимался, всегда считал себя прежде всего художником. Поэтому на выставке создан отдельный зал, где представлены работы Шварцмана-живописца. Среди них есть и эскизы к гоголевской «Шинели». Юрий Борисович Норштейн уверяет, что его жена, художница Франческа Ярбусова, рисуя их Башмачкина, не видела этих старых «лелиных» работ (что естественно, поскольку этих ранних работ почти никто не видел). Но сходство поражает.

Бабушка рассказывает Каю и Герде о Снежной королеве эскиз к м/ф «Снежная королева». Фото: Е.Левичев

Дело тут, наверное, в том, что Леонид Шварцман обладает редким даром — создавать таких точных, ярких, запоминающихся персонажей, глядя на которые кажется, что другими они и быть не могут. Взять того же многострадального Чебурашку, из-за которого ведется многолетняя борьба. Ведь нигде в книге не описана точно эта неведома зверушка. На первом эскизе 1968 года, который есть на выставке, видно, как мучительно рождался этот образ: укорачивались ножки, отрезался хвостик, а уши становились все больше и больше. И глаза все трогательнее и трогательнее, как у беззащитного ребенка. «Нерасторопный ребенок, которого хочется взять на руки», — вот чего добивался от героя художник. Зато крокодил Гена придумался сразу, и с Шапокляк не было проблем — такие эксцентричные старушки из прошлого века были хорошо знакомы Шварцману, родившемуся в 1920 году. Некоторые черты хулиганка получила от сотрудниц «Союзмультфильма», а некоторые — от тещи художника. В эгоцентричной маме из «Варежки» многие узнавали коллег по студии, женщин, которые отдавались работе, не замечая ничего вокруг. А судью на собачьей площадке «сыграл» режиссер фильма Роман Качанов. Героев «Варежки», кстати, художник называет своими самыми любимыми.

Во дворе эскиз к м/ф «Дора-дора помидора». Фото: Е.Левичев

Долго не получался Удав из «38 попугаев» — сложно сделать обаятельным такое неприятное существо, как змея. А вот Попугай сначала был похож на директора студии Иосифа Боярского. Но затем все больше в нем проявлялись черты Владимира Ильича Ленина: «резкая жестикуляция и избыточная демагогия», как пишет Шварцман.

Почти все его персонажи имели прототипов. На выставке можно увидеть эскиз к фильму «Доверчивый дракон» (1988), где среди героев, сидящих за столом, знающий человек легко узнает весь цвет «Союзмультфильма»: вот бородатый Эдуард Назаров, вот лысина Норштейна, вот Светозар Русаков — художник «Ну, погоди!».

Но за кажущейся легкостью и хулиганством скрывалась очень сложная, кропотливая, требующая не только природного таланта, но и постоянного совершенствования работа. «Самый захватывающий, таинственный и крайне нервический процесс — рождение персонажа», — говорит художник.

Даже из тех цитат, воспоминаний и комментариев, которые можно увидеть на выставке, видно, сколько усилий, знаний, жизненного опыта требовал каждый герой. Чтобы найти образ Раджи из «Золотой антилопы», художники пропадали в «Эрмитаже» и Пушкинском, искать удава ходили в зоопарк. Очень сложно давался образ Снежной королевы, но кажется, она и не могла быть другой. И вот по этому, а не по каким-то эфемерным причинам, фильм «Снежная королева» (1957, режиссер Лев Атаманов) вписан в золотой фонд мировой анимации. Когда его показывали недавно в Японии, на плакате была цитата Хаяо Миядзаки: «Этот фильм решил мою судьбу, и поэтому я люблю его».

На старте повтор эскиза к м/ф «Варежка». Фото: Е.Левичев

Кстати, о Японии. Как известно, японцы сняли продолжение нашего «Чебурашки». Делали это они при участии российских аниматоров, например, художником-постановщиком фильма был Михаил Алдашин. То есть он, практически, работал Леонидом Шварцманом у японского Качанова. По всем отзывам, продолжение получилось крайне деликатым и симпатичным. Во время выставки будет организовано несколько показов японского «Чебурашки». А оригинального, вместе с другими фильмами Леонида Шварцмана, в том числе и совсем малознакомыми, будут крутить нон-стопом в одном из кинозалов галереи. В другом можно будет посмотреть документальны фильмы с участием юбиляра. Планируются многочисленные встречи с выдающимися российскими аниматорами, которые в разное время работали со Шварцманом. А также детские мастер-классы и другие полезные и веселые мероприятия.

Адрес: ул. Солянка, ½, стр. 2.

МАЙКЛ КЕННА. РЕТРОСПЕКТИВА

Tue, 19 Apr 2011 05:15:00 +0200

Московский музей современного искусства совместно с галереей «Победа» представляют с 19 апреля по 22 мая выставку МАЙКЛ КЕННА. РЕТРОСПЕКТИВА /MICHAEL KENNA. RETROSPECTIVE.

Ретроспектива Майкла Кенны (Michael Kenna) охватывает наиболее значимые периоды творчества художника и демонстрирует знаменитые пейзажные фотографии, сделанные во время путешествий: снимки французских провинций и японских садов, американских электростанций и петербургской скульптуры. Кроме того, в экспозиции будут представлены фотографии из серии «Концлагеря», впервые выставляемой в России.

Когда-то Майкл Кенна, выходец из английской рабочей среды, хотел посвятить свою жизнь служению Богу. Однако планам стать священником не суждено было сбыться: в 1976 году Кенна впервые попадает в США, там он начинает работать ассистентом рекламного фотографа и репортером. Вскоре его приглашает на работу в свою мастерскую королева фотопечати Рут Бернхард: именно в мастерской Бернхард постигает секреты проявки и печати фотографий и приходит к осознанию того, что негатив — это широкое поле для последующей творческой работы, «необработанная почва, требующая смелого плуга талантливого земледельца».

Стиль, которому художник не изменяет на протяжении долгого времени, можно назвать философско-метафизической фотографией; время и память — его основные категории. Черно-белые, утрированно контрастные снимки переносят зрителя из реального мира в категорию абстрактного. Поэтому работы Кенны легко можно принять и за древнюю живопись, и за 3D изображение — в них воплощается виртуозный синтез вечного и мгновенного.

Специфичен и поход художника к зрителю: почти все снимки Кенны небольшого размера, — для того, чтобы рассмотреть их необходимо подойти к фотографии вплотную. Кенна намеренно «подводит» нас поближе, требуя максимальной вовлеченности и откровенности в диалоге со зрителем.

Кенна — не фотограф-пейзажист в привычном, классическом понимании. Ему «важно услышать мнение природы о действиях людей». Кенна снимает в сумерках или ночью с использованием длинной выдержки, а потом идет скрупулезная работа с готовым материалом. Труд над некоторыми проектами занимает годы.

Творчеству Майкла Кенны посвящено более тридцати книг, его пейзажные фотографии находятся в семидесяти музейных собраниях и частных коллекциях по всему миру.

Адрес: Московский музей современного искусства (Петровка, 25).

Шведы организуют экскурсии по острову, где жил последние годы всемирно известный режиссёр Ингмар Бергман

Fri, 15 Apr 2011 04:14:00 +0200

Шведы решили организовать экскурсии – своеобразные «сафари» - по острову Форё, по съемочным площадкам и другим памятным местам, связанным со всемирно известным шведским режиссёром театра и кино, сценаристом и писателем Ингмаром Бергманом (Ingmar Bergman).

Форё стал для режиссера и местом уединения, и встреч с друзьями, коллегами, местом размышлений, борьбы с «демонами» - так Бергман называл приступы депрессии, от которых ему очень помогали прогулки по каменистым берегам острова.

Был остров и местом активной работы мастера. Здесь Ингмар Бергман снял четыре художественных фильма: «Персона» (Persona), «Сквозь тусклое стекло» (Såsom i en spegel), «Страсть Анны» (En passion), «Стыд» (Skammen), четырехчасовой телевизионный фильм «Сцены из супружеской жизни» (Scener ur ett äktenskap), а также две документальных ленты о Форё: «Документ - 69» и «Документ 79».

«Сафари» заключается в том, что люди садятся в автобус, в котором установлены мониторы с отрывками из фильмов Бергмана, а затем едут на побережье, где снималось, например, "Сквозь тусклое стекло" и "Персона". Именно в таких местах люди могут сравнить увиденное ими с отрывками из кино», – рассказывает гид Шерстин Кальстрём, сообщает Шведское радио.

«Тaцио Секкьяроли. Первый папарацци» в Мультимедиа Арт Музее

Wed, 13 Apr 2011 15:13:00 +0200

С 14 апреля по 3 июля в Москве в Мультимедиа Арт Музее пройдет выставка «Тaцио Секкьяроли. Первый папарацци».

Тацио Секкьяроли

Традиционно считается, что Тацио Секкьяроли (Tazio Secchiaroli) — первый paparazzo (назойливый, бесконечно пищащий комар — итал.), который следует за известными персонами по пятам ради «острого», скандального снимка, однако такого рода фотография существовала и до Секкьяроли в США, Франции, Германии и других странах.

Тацио Секкьяроли, будучи на заре своей юности уличным фотографом и борясь за кусок хлеба, обрел высшую степень мастерства для папарацци — это умение вживаться в жизнь своих персонажей, предугадать и прочувствовать их движение и поступки, зафиксировать их своей камерой.

Умение вжиться, прочувствовать и поймать в кадр неуловимое соединило Феллини и Тацио. Благодаря гению маэстро Феллини, Тацио Секкьяроли обрел новое имя и создал новую фотографию о кино. Феллини открыл Секкьяроли, Секкьяроли раскрыл Феллини, а Феллини открыл всему миру особый итальянский дух. Тацио запечатлел звезд итальянского кинематографа, отобразил «нерв» итальянского кино, дух Феллини.

Умение и талант раствориться в модели, и передать в снимке суть, эмоцию, движение, эстетику, красоту, жизнь в ее бесконечности и мгновениях определило дальнейшие десятилетия творческой жизни мастера, а когда он ощутил, что божественное искусство забрало все его силы и растворило их в себе, он ушел, как уходят великие. ..

Тацио Секкьяроли родился в 1925 году на окраине Рима. В 1944 году пришел в фотографию как уличный фотограф, которых на улицах послевоенного Рима было бесчисленное множество. Он снимал американских солдат, а впоследствии зевак-туристов. Активный, находчивый, с «живым глазом», юноша, набравшись «уличного» опыта в 1951 году, попал в агентство одного из создателей итальянской фотожурналистики Адольфо Порри Пасторела, который очень многому научил молодого фотографа.

В 1955 году Секкьяроли вместе с Серджио Спинелли основывает агентство «Рома Пресс Фото» и на протяжении трех лет работает как репортер, снимающий самые острые и пикантные моменты итальянской жизни.

С 1958 начинает сотрудничество с Федерико Феллини.

После выхода фильма «Сладкая жизнь» (1960) Секкьяроли посвящает себя студийной фотографии и работает персональным фотографом Софи Лорен, оставаясь им на протяжении двадцати лет. С 1983 года «ушел из фотографии».

В ночь с 23 на 24 июля 1998 года скончался во сне в своем римском доме.

Кураторы: Давидо Секкьяроли, Алексей Логинов, Арсений Крюков, Злобовский Анатолий, Гайнутдинов Тимур.

Адрес: ул.Остоженка, 16